И мы с ней в унисон повалились на пол и засмеялись.
– Отлично, вы спелись, – пробубнил Никита.
В ответ на это я показала ему язык. Малышка подбежала к нам и обняла. Она была значительно ниже нас, так что ее голова была на уровне моего живота. А вот мы с Никитой оказались лицом к лицу. Мы впервые стояли так близко друг к другу и чтобы как-то скрыть накатывающее смущение, я посмотрела на Настю. Ее большие глаза смотрели нас. Что-то было в этом взгляде. Он казался хитрым, будто эта малышка что-то задумала.
– Диааанаа, останься еще, пожалуйста. Давай мультики посмотрим, – не выпуская из объятий, умоляюще протянула она.
Никита взял слово: – Настюш, мы не можем заставить Диану остаться. У нее, наверное, много своих дел.
Малышка бросила грозный взгляд на брата.
– Ты не можешь, а я могу.
– Пожалуйста, Диана, – ее взгляд преобразился в умоляющий и я не смогла отказать этому чуду.
– Хорошо, сейчас я напишу маме, что задержусь, чтобы она не переживала, а вы пока выберите, что мы будем смотреть.
Быстро напечатав маме сообщение, я вернулась в комнату.
Настя объявила: – будем смотреть «Зверопой».
Малышка села между нами, и мы включили мультик. Заметив, как Никита вальяжно расселся и закинул мне за спину руку, решила больше не держать прямую осанку и слегка откинулась на спинку дивана. Как оказалось, я приземлилась на руку Власенко, но тот ее не убрал, и я решила устроиться поудобнее. Посмотрел бы кто на нас со стороны, так примерная семья. Ужас! Что за мысли?! Брысь, брысь...
Спустя пол фильма Настюша уже спала. Насыщенный у этого чудо-ребенка был денек. Заметив это, я предложила Никите отнести ее в спальню. Он сделала все сам, аккуратно. И вот мы остались в комнате вдвоем.
Неловкую тишину прервал Никита: – нам надо обсудить то, что происходит.
Садясь тихонько на диван, я ответила: – да, но давай не сегодня. Такой хороший день, хочется его таким и запомнить.
Он понимающе задержал на мне взгляд.
– Досмотрим? – Показала взглядом на экран телевизора, где на паузе стоял мультик.
Я села на диван. Никита последовал за мной и приземлился рядом. Наши коленки соприкасались. Он снова закинул руку на спинку дивана и принял непринужденную позу. Окончательно потеряв голову и затолкав все мысли глубоко в себя, я положила голову ему на плечо. Кажется, он слегка вздрогнул, но через мгновенье он опустил руку мне на плечо, приобнимая. В комнате был выключен основной свет, и лишь экран телевизора откидывал свои блики в нашу сторону.
