Автор
Адам расставляет ловушку, и Грейс в ней попадает. Теперь она его пешка в опасной игре, где жестокость порождает страсть, а боль граничит с удовольствием. Но когда партия будет доиграна, кто из них окажется победителем? История о том, как одержимость может разрушить или спасти.
– Он отпил глоток вина из бокала, со спокойствием смотря в мои глаза. – Так что чем скорее ты смиришься с этим, тем легче тебе будет.
Я чуть тарелкой в него не запустила.
О, правда? Смирюсь, и станет легче? Что это вообще за бред?!
– Ешь. – На удивление сдержанным голосом велел мой тиран, и мне ничего не оставалось, как взять вилку в руку.
Видимо, он чувствовал себя вполне комфортно и расслабленно, расправляясь с ужином, пока я, не чувствуя вкуса еды, насупившись сидела напротив.
– Как ты узнал, что я была возле клиники и разговаривала с Марией?
Желание узнать, как ему удается все, и всегда знать обо мне пересилило мое отвращение, и я заговорила первой после долгого молчания.
Адам бросил на меня быстрый взгляд.
– Это не важно, Грейс. Главное, чтобы ты помнила, что я всегда узнаю о том, что ты делаешь.
Я в раздражении фыркнула. О, ну еще бы! Не удивлюсь, если он приставил слежку за мной.
– Зачем тебе это? – Я откинулась на спинку стула, взяв свой бокал с белым вином.
– Что именно? – Он слегка нахмурился, с интересом посмотрев на меня.
– Желание полностью контролировать меня. – Я дернула плечом. – Разве мало того, что ты и так заполучил меня в полное пользование? Я совершенно не могу распоряжаться своей жизнью, ты можешь делать со мной все, что хочешь. Так в чем дело? Зачем тебе знать, чем я постоянно занята? Чего ты боишься?
Я внимательно наблюдала за ним, и с удовлетворением заметила, что ему неуютно от моих вопросов.
Ха! Неужели мне удалось смутить неприступного Адама Эллингтона?
– Я контролирую все, что мне принадлежит, Грейс, – наконец произнес он, прямо посмотрев на меня. – Ты не исключение.
Хмыкнув, я покачала головой.
– Кто находится в лечебнице?
Я решила, что спрошу, даже если ответа не получу. Он уже знает, что я была там, и я уже была наказана за это. Так почему не спросить?
Адам долго смотрел на меня, видимо раздумывая, говорить или нет. И когда я уже решила, что он так и не ответит, негромко произнес:
– Моя мать. Там моя мать, Грейс.
Я не ожидала такого ответа. Думала, он скажет, что там одна из его бывших пассий. Мне стало не по себе, и чувство вины, которое я испытала, мне не понравилось.
Блин, как я могу чувствовать что-то подобное после его обращения?
– Что с ней?
Адам поставил локти на стол и приложил пальцы к губам.
– Помешалась, – сухо ответил он. – Когда отец бросил ее ради любовницы, она не смогла пережить этого и сошла с ума.
Он без всякого выражения смотрел на меня, и от этого становилось неуютно.
