Автор
Адам расставляет ловушку, и Грейс в ней попадает. Теперь она его пешка в опасной игре, где жестокость порождает страсть, а боль граничит с удовольствием. Но когда партия будет доиграна, кто из них окажется победителем? История о том, как одержимость может разрушить или спасти.
К половине двенадцатого мы добрались в отель «Уолдорф Астория», заняв президентский люкс. Огромный номер с двумя спальнями, двумя ванными, персональной кухней и личным спортзалом, столовой и гостиной. Еще чуть-чуть и я начну привыкать к такой жизни.
Оглядывая великолепие вокруг себя, я напомнила себе, что все это временно, и мне не стоит слишком расслабляться. Главное, не терять бдительность. Как бы не поражал меня стиль жизни Адама.
Я поняла, что у нас будут разные комнаты, когда Адам сказал, что я могу выбрать себе спальню. Я была благодарна за это, потому что мне требовалось собственное пространство, особенно, когда рядом такой человек, который удушает своим надзором.
Устроившись в очень красивой комнате в приятных лимонных тонах, я упала на ужасно удобную кровать и набрала номер Эмми.
Учитывая разницу во времени, в Чикаго сейчас было только одиннадцать часов. Наверняка подруги были на какой-нибудь пятничной вечеринке. Эмми ответила уже после второго гудка. Она обрадовалась, когда я сказала, что в полном порядке и просила передать Лорен, чтобы не волновалась за меня.
Попрощавшись с подругой, я решила исследовать свою роскошную ванную. Стоило моему взгляду упасть на гидромассажную ванну, как я тут же захотела оказаться в ней. После утомительной недели это был неплохой способ расслабиться.
Я как раз сняла свитер и расстёгивала джинсы, когда совершенно без предупреждения дверь открылась, и Адам вошел в комнату. Я вздрогнула и бросила на него убийственный взгляд."
"– Ты ничего не забыл? Обычно люди стучат, прежде чем войти туда, где кто-то может как раз переодеваться, – едко заметила я.
Он вскинул на меня брови и его красноречивый взгляд сказал мне, что эти условности последнее, из-за чего он станет беспокоиться.
– Это для завтрашнего вечера.
Он положил большую бежевую коробку на постель. Потом не спеша подошел ко мне, коснувшись кончиками пальцев моего лица. Мое предательское сердце замерло, а во рту вмиг пересохло.
Черт возьми, почему его близость так действует на меня?!
Не хочу, а чувствую, как все внутри с трепетом сжимается, когда он рядом, вот как сейчас и не смотрит так, словно хочет убить.
Затаив дыхание, я ждала, что произойдет дальше. Вот Адам наклонился к моему уху и, щекоча теплым дыханием кожу, прошептал:
– Хорошо выспись. Завтра тебе понадобятся силы.
И улыбнувшись напоследок, вышел, прикрыв за собой дверь.
О Господи Боже!
На ватных ногах я подошла к кровати и, опустившись на покрывало, сняла крышку с коробки.
