Автор
Адам расставляет ловушку, и Грейс в ней попадает. Теперь она его пешка в опасной игре, где жестокость порождает страсть, а боль граничит с удовольствием. Но когда партия будет доиграна, кто из них окажется победителем? История о том, как одержимость может разрушить или спасти.
Неизвестность причиняла боль, которая со временем стала тянущей, тупой, как от старого шрама, который беспокоил на плохую погоду. Но теперь, когда я узнала, что все время, пока я мучилась при мысли, что моя мама мертва, она преспокойно жила себе в благополучии с мужчиной, которого предпочла мне.
Я напрягаю память, пытаясь вспомнить, когда Роберт Эллингтон появился в маминой жизни? Как часто приходил к нам домой? Был ли добр со мной, или, как и все ее ухажеры делал вид, что меня попросту нет?
Если у них было все так серьезно, почему они не забрали меня с собой, когда уезжали? Неужели восьмилетний ребенок мог так сильно помешать?
Я стиснула зубы, предотвращая подступившие слезы.
Устала плакать.
За последние недели я так много плакала, что просто утомилась от этого. Обида и горечь всколыхнулись в груди, но я подавила эти чувства. Маленькая, обиженная девочка, какой я была когда-то, давно осталась в прошлом. Я не хотела, чтобы поступок моей матери определял всю мою дальнейшую жизнь.
Что, кажется, и случилось с Адамом.
Если он знал с самого начала, кто я, тогда все его действия имели смысл.
Все было логично, хладнокровно и жестоко.
Если мои подозрения верны, тогда… Тогда мой мир точно окажется в руинах.
Тошнота неожиданно подкатила к горлу, и я сорвалась с дивана, едва успев добежать до ванной и упасть перед унитазом, как меня вырвало. Когда в желудке ничего не осталось, но спазмы все еще продолжались, я захлопнула крышку и прижалась головой к холодному фарфору унитаза.
Минут десять я просидела на полу, отупело уставившись в стену, выложенную старым кафелем, который уже потрескался в некоторых местах. Я все думала, что надо бы отремонтировать ванные комнаты, когда еще была жива бабушка. Но теперь это казалось мне настолько неважным. Без нее я вообще ничего не хотела менять в доме.
Когда в дверь позвонили, я с трудом поднялась на ослабевшие ноги и, ополоснув лицо, пошла открывать. Ранее я позвонила Лорен и теперь ждала ее, потому что подруга пообещала тут же приехать.
Эм была подружкой невесты на свадьбе своей кузины, и я не стала ее тревожить.
Я не хотела оставаться в такой момент одна, и я была благодарна Лорен, которая примчалась сразу же, как я позвонила.
– Черт, что это говнюк опять натворил? – поджала губы Лорен, взглянув на мое лицо. Она влетела в прихожую, с беспокойством оглядывая меня.
– Дело не в… – только начала я, как окрик подруги заставил меня замолчать.
