Автор
В Грейсе и мужчине происходит борьба желаний — он страстно просит ее, а она сдерживается. В воздухе висит нервное напряжение, словно украдкой готовится сексуальный инцидент. Но Грейс сохраняет спокойствие, не поддаваясь на провокации и давление его взглядов.
Он должен похоронить его, и эту женщину, которая разрушила их семью. Должен спрятать их так, чтобы никто и никогда не нашел. Мать не вынесет позора. Ей придется жить с тем, что она совершила, но она не проведет остаток своих дней в тюрьме.
Адам не мог потерять еще и ее. Не мог допустить ее осуждения, ведь если бы не он…
Если бы он держал язык за зубами и не поддавался своим эмоциям!
Когда с отцом было покончено, Адам сходил в подвал и принес большой отрез пленки, чтобы завернуть в нее Морган.
Перевернув ее, он на миг отшатнулся, потому что ее распахнутые глаза уставились на него, будто обвиняя. Ему даже показалось, что сейчас ее губы начнут шевелиться, и она закричит, что он и сам преступник, если собирается покрывать убийство.
Он моргнул, очищая голову от паники и страха. Она мертва. Мертвые не разговаривают. Она больше ничего не сможет ему сделать.
Заворачивая ее тело, на миг вспомнил о девочке, ее дочери. Сегодня она потеряла мать, но никогда не узнает, что с ней случилось.
Адам надеялся, что у девочки есть человек, который позаботиться о ней. Но уже через минуту мысли о ней были забыты. Ему предстояла тяжелая миссия. Он должен огородить маму от всего, что связано с этой ночью.
Только это имело значение.
Чикаго, наше времяЯ смотрю на нее, и во мне поднимается желание разорвать уебка, который делает с ней все это. Я обещал, что защищу ее, что ей нечего бояться, и вот теперь она прикованная наручниками, увешанная взрывчаткой, и страшно напуганная.
Ее глаза в ужасе кричат о том, как ей страшно.
Бедная моя девочка! Хотел бы я сорвать с нее этот чертов жилет смертника и забрать ее отсюда, но я должен действовать очень осторожно и продуманно, если хочу, чтобы мы с Грейс выбрались живыми из этой ситуации.
– Не делай резких движений, иначе ей конец. – Камерон, которого я в течение четырех лет считал Найджелом, направил пистолет на Грейс.
– Я здесь, как ты и хотел. – Я все еще держу руки перед собой, и говорю спокойно, но это дается чертовски сложно.
– О, ты ошибаешься. – Женщина, как я уже знаю, жена Камерона с ненавистью смотрит на меня. Я могу безошибочно определить – она хочет моей крови, моей смерти. Такую ничем не переубедишь. И это делает наше положение еще паршивей.
«Грейс, надо вытащить Грейс».
