Автор
В середине марта 1909 года Лыков получил странный документ от знакомого. Вместе они прочитали прошение помощника на перевод в Одессу по личным причинам. Атмосфера тональности и загадочности придает книге особый шарм, готовя читателя к вы揭露更多的故事线索。
– Надо отослать его домой, – попросил директора Лыков. – Мы установим за Несходовским наблюдение. Возможно, он захочет увидеться с налетчиками и получить награду за свою услугу.
Каминер отправился следом за кассиром, выгнал его из конторы «до особых распоряжений» и вернулся. Сыщики ждали его и встретили вопросами:
– Кто такой этот Несходовский? Как он оказался у вас на службе?
– Да кто-то порекомендовал. Или он сам обратился? Ага, вспомнил! Иезекиль Гершевич служил прежде в банкирском доме братьев Кусисс, что на Дерибасовской.
– Слежка покажет, – оборвал его коллежский советник.
Пока они переодевались в свое платье, за кассиром приглядывали одесситы. Лыков сменил надзирателя Донцова, только что взятого с испытательным сроком. Тот старательно, но не очень умело вел Несходовского, следуя за ним по тротуару. Сергей взял себе другую сторону улицы. Теперь питерцы сопровождали подозреваемого. Они держались на расстоянии тридцать-сорок саженей, меняясь: то один отстанет, то другой. Алексей Николаевич допускал, что не только полиция может следить за Иезекилем, потому действовал очень осторожно.
Выгнанный кассир шел быстро и мало смотрел по сторонам. Видимо, ему и в голову не приходила мысль о «хвосте». Походка у Иезекиля оказалась суетливая; судя по всему, он был сам не свой. Это хорошо: приведет куда надо. Однако плана, куда идти, у него сначала не было. Несходовский пробежался по главным улицам, выпил минеральной воды в Пале-Рояль.
Так подозреваемый добежал до Куликова поля. Остановился на краю и долго смотрел на работы. В следующем году здесь собирались открыть фабрично-заводскую, промышленно-художественную и сельскохозяйственную выставку.
