В темном зале судебной медицины, скучающие медики внимательно осматривают мертвое тело. Обнюхивая воздух, они заметили непростительную деталь - прижатый к серому платью белокурой руки, шевелящейся в смерти. Этот странный сюжет начинается один днем и одной ночью, оставляя за собой легкий холодок недоверия....
. просто так, баловство.
– Ты все время врешь самому себе, – говорила Маня, сердясь. – А это опасно. Ты кому угодно ври. Мне можешь или Катьке Митрофановой, а самому себе врать нельзя. Это все равно что жить в доме из пластмассы. Рано или поздно пластмасса вся растрескается, развалится, и обломки упадут тебе на голову. И придется из них выбираться. И еще вопрос, выберешься или нет. Может, задохнешься под ними!..
Скорчив страшную рожу, она растопыривала пальцы, как в кино про вампиров, подбиралась к нему, как будто собиралась наброситься, а он злился, отпихивал ее руки, повторял, чтоб отстала.
Она была права, вот он и сердился. Странным образом она разбиралась в нем намного лучше, чем он сам разбирался в себе, и ему казалось, что это несправедливо. Он многого не понимал, боялся и стыдился в себе, и никто не должен был знать, чего он боится или стыдится, а Маня откуда-то знала, и время от времени это было почти невозможно выносить!..
Дом, в который они приехали, стоял в отдалении от дороги, на второй или даже на третьей линии – вокруг были дачи, сосны, хорошо укатанная проселочная дорога, заросли бузины и шиповника, и за каждым забором сирень, уже отцветавшая по такой жаре, но пахнувшая так, что хотелось упасть в куст головой, будто в озеро, и больше не шевелиться.
Машин не было, должно быть, хозяева еще не потянулись из города, только напротив, на той стороне, стоял сверкающий белый автомобиль, как будто только что выехавший из мойки, – ни пылинки на полированных гладких боках.
Маня именовала это место «Канатчикова дача» и не слишком его любила. Алекс, когда она все же выволакивала его сюда на какое-нибудь «мероприятие», просто терпел.
Анатоль Кулагин был мужчиной светским и общительным. Кроме того, ему нравилось, что с ним водят дружбу «знаменитости», поэтому на дачу приглашались все без разбору: прекрасные дамы с кавалерами, модный певец, телевизионный царь и бог с новой женой, редакторша с радио, перепуганная и счастливая, что попала «в общество», а заодно и директор радиостанции, косившийся на редакторшу неодобрительно.
С певцом Анатоль посещал фитнес-клуб, телевизионный бог учился с ним в одном классе, директор радиостанции когда-то работал собкором в Париже, и они вместе покуривали травку, – все свои люди!..
