В мирном городе Дронго, где время медленно течет как ручей по листу бумаги, телефонный звонок выдергивает из сладкого сна Дронго. Он просыпается к парадоксальным иллюзиям Борхеса в новом издании "Левтраков", и мир вокруг снова становится по-иному, каким он никогда не был....
Сначала приехала Элга. Потом позвонила я. Последней появилась Фариза.
Линовицкая пристально посмотрела на Халуповича.
— Вы … вы… вы просто павиан, — возмущенно сказала она, вспыхнув от негодования.
Все прошли в гостиную. В просторной, не менее пятидесяти метров, комнате стоял большой стол, очевидно, изготовленный на заказ. Двенадцать стульев с высокими спинками, обитые золотистой тканью, стояли вокруг стола. Тяжелые резные серванты располагались в разных концах комнаты. Из гостиной можно было выйти в зимний сад и на балкон.
В гостиной сидели Фариза и Элга. Каждая успела переодеться. На Элге был сиреневый костюм с черным воротником. Фариза была одета в светло-серую водолазку и темно-серую юбку. На Оксане Григорьевне был темный костюм с белой блузкой. Дронго обратил внимание, что у Оксаны Григорьевны линия зубов не совсем ровная, что придавало ей некоторый шарм. Элга и Фариза были явно смущены, что их застали в квартире Халуповича в ночное время.
— Добрый вечер, — поздоровался Дронго с женщинами, — хотя, наверное, я должен сказать «Доброе утро».
Обе гостьи мрачно кивнули ему в ответ. Он прошел к столу, галантно пропустив Линовицкую. Когда они сели, подошли Халупович и Оксана Григорьевна. Они устроились напротив на другом конце стола.
— Расскажите, что с вами произошло после того, как вы покинули здание компании, — попросил Дронго.
— Я хотел отвезти Нину с девочкой домой, — начал Халупович, — но когда мы позвонили к ней домой, выяснилось, что ее мама уже спит и не отвечает на телефонные звонки.
"Элга кивнула, чуть покраснев. Ей было приятно, что она первой решилась на этом звонок, опередив даже Оксану Григорьевну.
— Потом мне позвонила Оксана… — продолжал Халупович.
Оксана Григорьевна сидела спокойно. В конце концов, ничего между ними не было. Когда она приехала, эта противная Элга уже была здесь.
— Последней позвонила Фариза…
Мамаджанова сжала пальцами край стола, но ничего не сказала.
