В мирном городе Дронго, где время медленно течет как ручей по листу бумаги, телефонный звонок выдергивает из сладкого сна Дронго. Он просыпается к парадоксальным иллюзиям Борхеса в новом издании "Левтраков", и мир вокруг снова становится по-иному, каким он никогда не был....
А во-вторых, вы не могли гарантировать, что Халупович умрет. Он мог угостить этой водой кого-нибудь из гостей. А вот ваша подопечная могла.
— Таня?! — изумленно воскликнула Нина.
— Вот именно, — сурово сказал Дронго, — в своем новом пальто на некотором расстоянии она выглядела девушкой. Именно ее, единственную из всех окружающих Эдуарда Леонидовича людей, Елизавета Матвеевна могла впустить в дом. Именно своей внучке она могла сказать, что скоро закончит работу и вернется домой. Только Таня, хорошо знавшая характер своей бабушки, могла быть уверена, что Елизавета Матвеевна не станет пить воду, предназначенную для хозяина квартиры.
"Возможно, девочка ревновала мать и, считала Халуповича личным виновником всех своих несчастий. В таком случае подаренное пальто она могла воспринять как попытку Халуповича загладить свою вину перед ней.
— Не может быть, — растерянно произнесла Нина, — этого не может быть.
— Никого другого Елизавета Матвеевна не пустила бы в эту квартиру, — пояснил Дронго.
— Верно, — задумчиво произнес Халупович, — ни за что и никого не пустила бы.
— Вот видите. В таком случае все совпадает. Таня была той самой пятой женщиной, которую видела Софья Оганесовна. Именно поэтому Скрёбову так легко удалось подбить Таню на побег. И, наконец, крысиный яд. Она все время держала его при себе, видимо, боялась грызунов, которые иногда появлялись в их доме.
— Это нужно доказать, — судорожно всхлипнула Нина.
— Ее любимая фигурка Микки Маус изготовлена в Китае.
