В узком ряду металлических гаражей, отделенных от обширного пустыря школьными заборами, жил Романков. В чехле на поясе подал голос его мобильник — знак того, что пришла необходимая связь. Не спеша вырулил и остановился перед воротами одного из гаражей, уставившись на внезапно напоминающий дома чертёж....
Эта картина представилась живо и не могла не вызвать улыбку – самоуверенность всегда смешна, когда она быстро иссякает...
Лейтенант Велесов тронул Евсеева за плечо.
– Они еще не знают, кто я, – шепотом сказал лейтенант.
– А охрана? – спросил Виктор Васильевич. – Тот, в коридоре...
– И еще один наверху, – подтвердил Велесов. – Я хорошо работал. Они не видели, кто их бил... И ничего объяснить не смогут. Только этот вот... – Он показал на Арби.
– Понял. И что?
– В случае чего, можно выдать меня за заложника.
– Справимся, лейтенант. Вынуждены будем справиться, потому что они с подмогой никак не успеют. Хотя... Попробуй... – И подполковник протянул за спину свою трубку. Говорил тоже шепотом, чтобы не выдать свои приготовления противнику. И еще Арби с вонючим кляпом во рту беспрестанно мычал, заглушая шепот, и тем самым подполковнику помогая.
Велесов отошел к дальней глухой стене, не имеющей окна, и стал быстро набирать по памяти номер.
– Алиахмет Нурович, вы живы? Я случайно не задел вас? – умышленно громко прокричал отставной подполковник в коридор. – Если слегка задел, вы уж извините... Я думал только пугнуть и чуть-чуть ваш пыл остудить. А то вы сразу так горячитесь, делаете какие-то несуразные выводы, неверно оцениваете свое и мое положение, и вообще ведете себя, как не очень умный ребенок... Я понимаю: восточная кровь – горячая.
– Виктор Васильевич, – отозвался Алиахмет Нурович не менее громко, из чего Евсеев сделал вывод, что тот достаточно далеко спрятался за поворот, и можно было надеяться, что попытки лейтенанта Велесова дозвониться останутся не услышанными, – вы нарушаете договоренности.
