В темном и звенящем холодом мире, где каждая тень страха кажется знакомым другу, вырванный из своей уютной реальности человек пытается адаптироваться. Первый крик срывается из груди как вопль незнакомца, а затем следуют другие, все более отчетливые и знакомые. С каждым новым голосом, в голове появляется странное понимание, что он не один в этом кошмаре....
Оттащив ящик ближе к дому, я стал внимательно осматривать. В первом свертке оказался кожаный тубус с какими-то бумагами. В следующем свертке было два кинжала в богато украшенных серебром ножнах. Вытащив кинжал, я восхитился лезвием, это были отличные булатные кинжалы, бебуты. Один такой я взял трофеем в своем втором выходе на первой чеченской с полевого командира. Пока он был великоват для моей руки, но точно оставлю их себе. В следующем свертке лежал револьвер Смит Вессон, опять под русский патрон и патроны к нему россыпью в большом холщовом мешочке.
В итоге я решил, что не стоит тащить все золото в станицу, оставлю здесь в отцовском схроне. Все равно пока не знаю как с ним быть. Ведь по-хорошему мне нужно его обменять на рубли, лучше на серебро, а не бумагу.
Дальше я решил изучить бумаги, что хранились в тубусе, золото все-таки страшная вещь, когда его в руках держишь то забываешь обо всем остальном. И вот я добрался до бумаг. Здесь было всего две бумаги, одна на китайском языке с какой-то не понятной красной печатью и одна карта с обозначением троп.
Следующие два дня мы с братьями обходили угодья с женьшенем, выкопали один корень, приличный по размерам.
