В темном и звенящем холодом мире, где каждая тень страха кажется знакомым другу, вырванный из своей уютной реальности человек пытается адаптироваться. Первый крик срывается из груди как вопль незнакомца, а затем следуют другие, все более отчетливые и знакомые. С каждым новым голосом, в голове появляется странное понимание, что он не один в этом кошмаре....
По правде сказать, гипс я никогда не накладывал, и знания мои в этом деле, к сожалению, только поверхностные, но все-таки решил сделать по наитию.
Для начала протер ногу самогоном, и затем хорошо вымочив тряпицы в гипсовом растворе стал накладывать их на ногу. Получилось вроде не плохо, уверен, что это гораздо лучше, чем по старинке, а когда гипс стал высыхать, он обрел твердость, которую оценила и бабка Акулина, зашедшая проведать Леху ближе к вечеру.
— Удивил Илюша, добре вышло у тебя, надо и мне такой хитрой задумкой пользоваться, и твердо как, и ногой не пошевелишь, точно срастется как надо.
Я улыбнулся и попрощался с бабкой Акулиной, может и правда будет теперь гипс пользовать при переломах. Вот и начинаю прогрессорствовать потихоньку.
Я рассказал деду обо всех наших приключениях, и о том, что двое от нас убежали, а также про золотые британские деньги.
— Ну здравствуй Илья, проходи! Ты один или с братьями? — Спросил есаул, показывая мне на место за столом.
— Один.
Я прошел, перекрестился на иконы в красном углу, поприветствовал хозяев. Хозяйка вынесла несколько кусков брусничного пирога и налила в глиняные кружки холодного молока. Обменявшись приветствиями, я стал рассказывать есаулу о том, что приключилось.
— Знаешь Илья, начал говорить есаул, история мне не нравиться. Похоже, что готовили что-то нехорошее в наших краях. И боюсь без жандармов здесь нам никак не обойтись, да и доложить я все-таки обязан. Ты не переживай, они если что деньги тебе сами и поменяют по курсу банка. Вообще они всегда с удовольствием всю валюту забирают, догадываюсь что для заграничных дел требуется. Здесь проблем не вижу.
После похода к есаулу я с Анисимом внимательно осматривал преобразования на дворе. Его изба была уже под крышей, и Анна ее активно обживала.
