Взрыв вернул вас обратно к реальности, но первые мгновения ощущались как выхол冻结冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冻冷。Теперь вы находитесь в трех телах братьев Горских, и ваше сознание разделилось. Как загадка в серых кабинках, вы пытаетесь понять, что происходит вокруг вас, и каким образом вы оказались здесь....
Вот здесь можете присесть и подождать, его сейчас пригласят, но если не ошибаюсь, то еще минут двадцать, посмотрел он на карманные часы, нет все-таки двадцать пять, у него будет идти урок, поэтому придется обождать.
Мы присели на лавку около стены, и стали озираться по сторонам, а встретивший нас мужчина куда-то отошел, так понимаю, что как раз уведомить Свистуново о посетителях."
"На стенах просторной рекреации висели картины в толстых лакированных рамках, пол был выстелен паркетом, заметно протертым, да и не мудрено, сколько детских ног в день пробегает по нему.
Павел Алексеевич Свистунов вышел к нам примерно через полчаса, когда в коридор уже высыпали гимназисты в одинаковых мундирах темно синего цвета. Брат жандарма из Нерчинского завода представился, и узнав, что мы прибыли с посланием от его родственника, пригласил нас в свой кабинет. Кабинет заместителя директора находился на первом этаже был небольшим, и почти все свободное место в нем занимал добротный стол и стулья, расставленные подле его.
— Павел Алексеевич, еще раз представлюсь меня зовут Илья Горский, это мои родные братья Алексей и Никита, и наш опекун Кулагин Егор Кузьмич. Мы познакомились с Вашим братом в станице Прилукской, что находится в двадцати верстах от места его постоянной службы. Помогали с братьями ему в одном деле, и узнав от нас, что мы хотим учиться, он рекомендовал обратиться к Вам, дабы вы подсказали как можно поступить в эту гимназию.
— Да-да, присаживайтесь голубчики, проговорил Свистунов, брат мне месяца четыре как телеграфировал, что должны прибыть молодые люди, но мне он написал, что вам восемь лет, а вы выглядите по меньшей мере на двенадцать-тринадцать.
— Все верно, Павел Алексеевич, подключился к разговору Кузьмич, мальчикам 15 сентября исполнилось восемь, и если нет возможности принять их в середине года, то мы дождемся следующего, им тогда уже будет девять.
— Но как же так, что ж за богатыри у Вас там в Забайкалье растут, сказал Павел Алексеевич, задумавшись, и поправил очки на своем носу.
