В дверях бункера замерли от неожиданности: кровь хлестала с ножа и плоскоглу́бяща на черной древней карте. Никита тщательно осмотрел лезвие, а рядом сидящий Джек только мечтал о том, как бы подставить под удар эту несущую тайны руну. Вместе они готовились к Англо-бурской войне — угроза настолько серьёзная, что заставила предать всё старые обычаи и принять меры, которых никто не ожидал......
Документы, имевшиеся на руках, позволяли им беспрепятственно преодолевать путь. К тому же в Вятке они нашли хорошего проводника, который ехал на козлах вместе с Кузьмичом, и вовремя объехал плохие участки дороги. Пару раз приходилось вытаскивать экипаж из грязи, но это мелочи для молодых, активных людей.
Село Кайгородское было небольшим поселением — около семисот человек, примерно на сто дворов. Оно располагалось на берегу Камы. Дзержинский жил в доме местного жителя Александра Якшина. Вокруг села простирались непроходимые болота, а ближайшее крупное поселение — Нолинск — находилось в четырёхстах вёрстах отсюда.
Ссылка была административная: Дзержинский находился под надзором полиции и строгим контролем властей. Ему запрещалось вести какую-либо общественную деятельность, но, несмотря на запреты, он продолжал общаться с местными крестьянами. В период пребывания в Кайгородском он часто занимался охотой, зимой гулял на лыжах, вёл переписку и помогал крестьянам составлять жалобы и прошения, а также активно занимался самообразованием.
По замыслу властей, именно удалённость и труднодоступность села должны были изолировать революционера от внешнего мира и предотвратить его дальнейшую деятельность. Однако именно эти факторы делали его побег особенно сложным, но — как оказалось — вовсе не невозможным. Ведь уже в августе этого года, в другой истории, он спустится на лодке по Каме и покинет это место.
Вечер выдался тёплым и солнечным. В Кайгородском царила особая атмосфера: природа расцветала, воздух был наполнен ароматами цветущих трав и цветов.
Феликс Эдмундович в тот день был в отличном настроении. Он сидел на крыльце и читал книгу, когда увидел приближающихся незнакомцев. В отличие от зимы, сейчас у него была возможность свободно передвигаться по селу, а местные жители давно привыкли к его присутствию.
Наша встреча произошла в тенистом дворе.
Наш разговор начался с обсуждения погоды и местных новостей, но вскоре перешёл к более серьёзным делам. По нашей договорённости основной диалог с Феликсом вёл Иосиф. Дзержинский, заметив наш интерес к общественным вопросам, стал более откровенен в своих высказываниях.
