Автор
Елисей быстро огляделся: комната выделялась только для него. Его рука задела повязку на ссадине в боку, заставив его еле слышно завыть от боли. Такое уже происходило не раз и сейчас казалось чем-то особо опасным, хотя он постарался скрыть тревогу.
– А что, Опонас уже не справляется? – удивился Елисей, помня, что старый казак еще многим молодым способен фору дать.
– Старый он уже, – вздохнул князь. – Очень старый. Сам просил с тобой говорить. Сказал, я знаю много, а учить толком некого. Только Любим один и есть. Потому и прошу."
"– Хорошо, отец. Как приедем, сразу с тобой его отправлю, – решительно кивнул парень. – Только про родных у него узнать надо. У него вроде никого, кроме матери, не осталось.
– Пусть с собой ее забирает. И дом им поставим, и сыты всегда будут, – тут же нашелся князь.
– Поговорю с ним, – улыбнулся парень, уже заранее зная ответ заядлого лошадника.
Впрочем, теперь, после оглашения содержания княжеского завещания, это было бы совсем неплохо. Дела должны вестись так, чтобы всей семье не приходилось копейки считать, а значит, казака и вправду придется отправить вместе с семьей в Тифлис. В любом случае лучших лошадников, чем Опонас и Любим, Елисей не знал.
* * *Коляска медленно катила по Английской набережной, минуя одноименное посольство, куда только что вошел нужный Елисею человек.
Его вообще теперь считали в том магазине крупным оптовым покупателем.
Встав коленями на сиденье, Елисей выглянул из-за поднятого полога, наблюдая за дверью, куда вошел нужный ему человек.
