В тихом уголке под старыми окнами, где даже ночью можно уловить легкий аромат свежевыжатого лимона, наш герой начинает очередной день вдвоем с неожиданным гостьем: мышью, притаившейся в холодильнике. Без единой мысли о том, что будет дальше, он натягивает на себя старую куртку и выходит на лестничный подъезд, чтобы нести коляску по узким ступеням. Внутри собственной квартиры он чувствует только одиночество — жена давно покинула его дом....
— А то ты сбежишь куда, — фыркнул здоровяк, усмехнувшись в ответ. — Сам же через два часа прибежишь, еще какую придумку принеся.
— Это да, — продолжая посмеиваться, согласился Елисей. — Тут прямо скажу, повезло мне с тобой. Мастер, каких поискать. Только дурной по жизни, словно увалень деревенский.
— Чего это я дурной? — удивился Изя.
— Из-за вопросов твоих, — коротко объяснил Елисей, постучав согнутым пальцем себе по лбу. — За такие вопросы, мявкнуть не успеешь, как в кутузке окажешься и меня за собой утянешь.
— Ну, извини, — развел здоровяк руками. — Я уж который день в себя прийти не могу, после тех известий. Там, говорят, такая бойня была, что и глянуть страшно."
"— Больше слушай, — отмахнулся Елисей. — Забыл, как простая шутка может сплетней обернуться?
— Это да. Это запросто, — закивал Изя. — Ты мне вот что скажи, а такие приборы, они у военных как, спросом пользуются?
— А сам как думаешь? — хмыкнул Елисей. — Особенно ежели стекла ровные, и картинка в них не размывается.
— И прицел твой тоже? — не унимался здоровяк.
— А вот тут смотреть будем, — задумчиво качнул парень головой. — Таких прицелов тут еще не используют.
— А где используют? — тут же заинтересовался Изя.
— За границей. Не помню, то ли в Англии, то ли в САСШ, — ушел парень от прямого ответа.
— А ты о них тогда как узнал? — растерялся здоровяк.
— Самому бы знать, — снова помрачнел Елисей.
— Ох, прости, — сообразив, что влез, куда не надо, повинился Изя.
— Да ладно. То не твоя вина, а моя беда. Ты ручки для письма сделал? — сменил Елисей тему.
— Пять штук, — гордо кивнул мастер. — Разбираешь ее, сверху шпенек покрутил, когда перо в чернила опустил, и пиши три дня где угодно.
— Не текут? — деловито уточнил Елисей.
— Обижаешь, — фыркнул Изя.
— Молодец. Одну ручку перед отъездом мне отдашь. Буду в крепости господ офицеров ею соблазнять, — усмехнулся парень, подмигнув партнеру.
— Так возьми сейчас, — пожал Изя плечами. — Ты ж на базар пойдешь?
— Ну да.
— Вот там ее и покажи. Вроде что-то на бумажке на ходу пишешь.
— Согласен. Давай, — тут же поддержал Елисей идею.
— Ты когда обратно собираешься? — спросил здоровяк, передавая ему уже заправленную так называемую «вечную» ручку.
— А что, надоел уже? — поддел его Елисей.
— Да ну тебя, — возмутился Изя. — Мне наоборот лучше, когда ты в доме ночуешь.
— Чего так? — удивился Елисей.
— А ты с оружием, — вздохнув, нехотя признался здоровяк. — Вроде мужчин в доме хватает, да сам знаешь, не воины мы.
