В тихом уголке под старыми окнами, где даже ночью можно уловить легкий аромат свежевыжатого лимона, наш герой начинает очередной день вдвоем с неожиданным гостьем: мышью, притаившейся в холодильнике. Без единой мысли о том, что будет дальше, он натягивает на себя старую куртку и выходит на лестничный подъезд, чтобы нести коляску по узким ступеням. Внутри собственной квартиры он чувствует только одиночество — жена давно покинула его дом....
Его дали ему турки, у которых для таких дел был специальный человек, умевший варить и яды и лекарства. Отвесив ему еще пару ударов для памяти, Елисей отвязал лазутчика и, затащив обратно в камеру, запер двери.
— Никогда не входите в камеру, открывая двери, — посоветовал он коменданту, отдавая ключи. — И вообще, прикажите солдатам, чтобы арестованных выводили только втроем. Один двери открывает, а двое сторожат, чтобы арестованный бежать не пытался.
— Опять я тебе должен оказался, — вздохнул комендант, сняв фуражку и растерянно утирая лоб платком.
— Обошлось, и ладно, — отмахнулся Елисей. — Ваше благородие, прикажите того слугу ловить срочно. И бочонок с водой пусть в караулку занесут.
— Да, верно, — спохватился комендант и быстрым шагом отправился в казармы.
Спустя пару минут дежурный взвод, гремя железом и поднимая сапогами пыль, мчался в сторону местного базара.
Зарядив карабин, Елисей не спеша двинулся в сторону трактира. Там было шумно. Толпились зеваки, удивленно рассматривая, как взвод солдат пьяными носорогами пронесся по помещению самого трактира и, поднявшись на второй этаж, принялся ломиться во все комнаты подряд.
"— Блин, и кто их учил? — фыркнул про себя Елисей, наблюдая за этим дурдомом. — Неужели никто не додумался под окна встать? — шипел он про себя, оббегая трактир.
Как вскоре выяснилось, никто. Командовавший солдатами прапорщик ломился в комнаты в первых рядах с пистолетом наперевес. В трактире хлопнул выстрел и раздался страдальческий вскрик. Потом прозвучал еще один выстрел, после которого окно на втором этаже разлетелось от молодецкого удара и в обломках на улицу вылетело чье-то тело.
Елисей, понимая, что нельзя дать ему выстрелить, вскинул карабин и тут же спустил курок. Пуля ударила неизвестного в бок, развернув вокруг собственной оси. Падая, неизвестный выронил свое оружие.
