На тихоходных дромах, увешанных пожитками. Рулоф стоял, облокотившись на каменный забор, и смотрел на возвращавшихся крепостных прелата Гудрофа. Что забыли они здесь? Не неволю и клочок земли, с которой господин взимал урожай? Почему не остались они среди прибрежных кочевников и как бы поступил он сам в их ситуации? Так получилось......
Один за другим они спустились в душноватое помещение, где тлело еще несколько подвесных фонарей. Григ вернулся на свою скамью, снял шляпу и пояс с оружием, которого у него раньше не было.
В трюме повисла тишина, все знали, что Бакрут пошел посчитаться с обидчиком, хотя он, понятное дело, об этом не объявлял. А теперь новичок вернулся с его оружием – значит, Бакрута ждать уже не следовало.
– Ну все, смена вернулась, значит, всем спать! – объявил сержант, и в трюме один за другим стали гаснуть фитили.
Григ зевнул и, сняв сапоги, улегся на свою скамью. Он знал, что этой ночью ему ничего не грозит, и оттого испытывал облегчение.
27
В режиме консервации энергии в кабину «маскота» подавалось совсем немного, однако Теда Лансберга это не беспокоило, поскольку у него была бутылка солдатского джина.
Пойло, конечно, мерзкое, и, будь Тед на твердой поверхности какой-нибудь коммерческой станции, а тем более планеты, он выбрал бы что-нибудь получше, но здесь, в космической темноте, годилось любое горючее.
На закуску два кекса из сухого пайка, а в качестве стакана – крышка от плафона из хвостового отсека.
Антенна навигатора принимала обрывки сигналов коммерческого телевидения, так что Тед чувствовал себя в полном порядке. Да, было холодновато, но он разложил пилотское кресло, укутался аварийным одеялом и приготовился смотреть шоу с раздетыми девками.
На каком языке оно велось, понять было невозможно, помехи полностью заглушали звук, но Теда это не смущало, первые же несколько глотков рома давали надежду на хороший вечер.
Самым сложным было убедить помощника боцмана в том, что ему, Теду, необходимо остаться в кабине, в то время как другие пилоты перебрались на борт «Пифии».
«Вы знаете, сэр, я малость захворал…»
«Ну так давай в медбокс, здесь ты совсем захиреешь!»
«Нет-нет, сэр, это моя собственная болезнь – внутренняя.
«А что такое огурчик?»
«Я родом с Бахтирсабая, там у нас огурцы выращивают. Это такие зеленые…»
«Ладно, оставайся, но если поплохеет – сообщи, мы тебя заберем».
«Непременно, сэр, большое спасибо».
Вот так Теду удалось провести помощника боцмана.
К ним на борт только попади, сразу проверят рюкзак, потребуют дыхнуть, да еще мыться отправят.
