Герои обнаруживают инопланетное присутствие в Москве начала 80-х, что открывает путь к путешествиям по разным планетам и реальностям. Сериал Звягинцева сочетает приключения с мистикой, где интриги разворачиваются вокруг тайн и необычных событий.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Одиссей покидает Итаку. Книги 14-21»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Герои обнаруживают инопланетное присутствие в Москве начала 80-х, что открывает путь к путешествиям по разным планетам и реальностям. Сериал Звягинцева сочетает приключения с мистикой, где интриги разворачиваются вокруг тайн и необычных событий.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Василий Дмитриевич Звягинцев Легкое чтение Фантастика подборки серии
Герои обнаруживают инопланетное присутствие в Москве начала 80-х, что открывает путь к путешествиям по разным планетам и реальностям. Сериал Звягинцева сочетает приключения с мистикой, где интриги разворачиваются вокруг тайн и необычных событий.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Испанская война с первых дней приобрела куда большую жестокость, чем наша Гражданская. У нас люди, бывало, неоднократно переходили с одной стороны на другую по мере изменения личных взглядов или политической обстановки. Нередко с пленных просто срывали (или, наоборот, пристегивали) погоны и ставили в боевой строй. И дальше воевали, с той или иной мерой энтузиазма. Поезда, к слову сказать, ходили поперек всех фронтов, по взаимному согласию ни белые, ни красные, ни зеленые машинистов и проводников не трогали. Здесь - ничего подобного. Да что говорить, при вдесятеро меньшем населении потери с обеих сторон вдвое превысили те, что случились в России за пять лет.
«Мне-то оно зачем? - подумал Шульгин, поглядывая на огонек слишком быстро догорающей сигариллы. - Это не моя война, как и все прочие. Энрике Листер, самый талантливый полководец Республики, написал мемуары «Моя война». Для него - так, для меня - иначе. Мне даже денег не платят, как нормальному наемнику. У меня как в зоне - если сел за карты, так играй. И с выигрышем не уйдешь, и проигрыш грозит известно чем…»
Он вовремя успел раздавить окурок о подножие памятника. Февральский ветер сразу же развеял дым. Глаза начали привыкать к темноте. В отдалении продолжало греметь и взблескивать, опытному человеку не слишком трудно было сообразить, что бой плавно перетекает в затяжную фазу. Если хотя бы сотня человек сумела сориентироваться в обстановке и забаррикадироваться в подходящем для обороны месте, то штурмующим придется нелегко.
А ведь наверняка какая-нибудь телефонная линия или радиостанция продолжает работать, и тогда через полчаса-час на помощь к каудильо может подойти дивизия полного состава со средствами усиления. Та же итальянская «Черные перья» от Вальядолида, и своих полков и батальонов можно надергать из окрестностей. Отряды прикрытия задержат их, но ненадолго.
Другое дело, что каудильо это не спасет, пока он жив, десантники не отступят и не сдадутся, но кому это нужно?
Галерея, на которой Шульгин сейчас находился, вытянутым прямоугольником окружала нечто вроде летнего сада. Частокол мраморных, тускло мерцающих даже в густом полумраке, колонн. Роскошный многофигурный фонтан посередине, черные скелеты деревьев, лишенные листьев. Север все-таки. Смутно различаемые дорожки, покрытые утрамбованной щебенкой. Шесть ярусов окон, в основном темных, но в некоторых угадывается свет. Свечи, лампы керосиновые или даже электрические, только скрытые шторами и глухими абажурами.
Самое время прогуляться по Средневековью, вспомнив иные, не присущие советскому наркому способности. Цинично звучит, но ведь и затеянная им третьего уровня операция тоже остается отвлекающей. Настоящие осуществляются в одиночку.
