Во дворец прибыла особа непонятного происхождения — Джина, и кажется, ее ждет самый тяжелый месяц в жизни. Здесь ожидают пышный прием и множество важных знакомств с принцем, а не монастырь с полным отсутствием забот о полях и полянах.
Если боишься, а я вижу по твоим глазам, что так оно и есть, просто признай это. Тогда тебя оскопят и поместят в монастырь, ибо ты не мужчина… — под взглядом Райта, Эдмунд сжался в комок, — есть и другой вариант. Я потребую твоего отречения и изгоню, но ты должен доказать мне, что сожалеешь обо всем, что сотворил.
— Что? — Эдмунд неуверенно держал меч, растерянно переводя взгляд с Райта на королеву. — Но как? Я не понимаю…
— Ты многого не понимаешь, — усмехнулся Райт, — но то, что должен сделать сейчас, прекрасно понял.
Дрожь в руках принца лишь усилилась. Он взглянул на свою мать, крепче сжал меч.
— Я должен убить ее? — тихо спросил он, шмыгая носом.
— А сможешь? — регент изогнул бровь.
— Это слишком жестоко, Райт, даже для тебя, — вымолвила королева, впиваясь ногтями в подлокотники и обреченно откидываясь на спинку трона. — Ты будешь помнить об этом до конца своих дней, ты никогда не сможешь забы… — ее зрачки расширились, из горла выбилась струйка крови. Опустив стекленеющий взгляд, она увидела меч, торчащий из груди, затем взглянула на сына, который отпустил рукоять, отпрянул, горько рыдая: — Живи, — умирая, проговорила она Эдмунду, — живи с этим…
Он рухнул на колени, беззвучно рыдая.
Присутствующие разом преклонили колени перед новым владыкой.
Райт долго, молча глядел на королеву, которая окончила свои дни, сидя на желанном троне."
"— Кайетан, — бросил он в толпу, из которой появился капитан.
— Да, ваше величество.
— Прими честь быть распорядителем двора и моим советником.
Мужчина дрогнул от удивления, приподнял голову, встречая взгляд Райта, и произнес:
— Приму за честь, ваше величество.
Берингер внимательно оглядел советников, сощурился, разглядывая покорного, молчаливого де Хога.
— Собери совет. Хочу назначить новых советников.
— Будет исполнено, ваше величество.
Эдмунд все еще несдержанно рыдал, но регент Хегея не обратил на него ни малейшего внимания, покидая тронный зал.
Он быстро шел в покои, которые принадлежали ему, и в которые он заблаговременно приказал привести Джину. У входа дежурил Аарон, который при приближении регента, сделал знак страже, мол, отворяйте двери. Не замедляя шага, Райт вошел в приемные покои, прошел через кабинет и оказался в спальне, где на его постели лежала девушка.
Филис уже командовала целым штатом служанок, которые маячили по комнате с тазами, чистыми тряпками.
