Думаете, ключ от двери черного хода взял тот, кто убил графа?
– Подобный вывод напрашивается сам собой, сударыня.
– Значит, – пожала плечами красавица, откидываясь на спинку кресла, – Поля убил кто-то из слуг.
– У них у всех были свои ключи. Не проще ли в таком случае сделать дубликат своего ключа вместо того, чтобы красть ключ хозяина?
– Хорошо, давайте подумаем, – легко согласилась Мария. – Может быть, ключ потерялся? Но нет, кольцо слишком толстое, он не мог просто взять и соскользнуть. Что еще? Например, ключ сломался, и граф выбросил его, а новый забыл присоединить к остальным. Или… А что, если он сам отдал ключ кому-нибудь?
– Не знаю. В газетах пишут, что граф был в доме один. Вероятно, он собирался с кем-нибудь встретиться?
– Вы имеете в виду женщину?
– Может быть. Беда в том, что я мало знаю о последних месяцах жизни Поля. Если бы знала, то, конечно, сказала бы вам.
Туманова улыбалась и, глядя на комиссара, покачивала кончиком туфли. Тем не менее Папийон спросил:
– Вы упоминали, что покинули свою прежнюю квартиру в феврале. А когда вы виделись там с графом в последний раз?
– Какое это имеет значение? – с неудовольствием нахмурилась Мария.
– Поверьте, имеет, сударыня. Иначе я бы не спрашивал.
– На последней встрече я попросила его вернуть мои письма, – довольно сухо ответила собеседница. – Была зима… то есть то, что вы тут, во Франции, именуете зимой. Думаю, это было в феврале.
– В начале или в конце месяца?
– Не помню. Кажется, в середине. – На сей раз в ответе дамы звучал неприкрытый сарказм.
– Если вы вспомните еще что-нибудь, сударыня, здесь мой телефон… – Полицейский протянул хозяйке квартиры свою карточку.
Мария равнодушно поглядела на нее и положила на стол.
Комиссар не сомневался, что она порвет карточку, едва он скроется из виду. Слишком много мелких тайн своей собеседницы ему удалось вытащить на поверхность, чтобы дама испытывала к нему теплое чувство.
– Я уже рассказала вам все, что знала, комиссар. – Женщина вздохнула, вставая с кресла. – Странное дело: в романах расследования выглядят так увлекательно, а в жизни…
Комиссар вежливо извинился за то, что разочаровал госпожу Туманову, и ретировался. В передней напротив горничной стоял и мял в руках шляпу неизвестный ему молодой человек – русоволосый, вихрастый, с птичьим носом и близко посаженными глазами. Увидев комиссара, он уронил шляпу. Покраснел, нагнулся за ней, а затем шагнул в гостиную.
