– Так-то ничего дурного про него не скажу. Мужчина положительный, непьющий. Вот почти неделю у меня живет, ни грамма спиртного в род не взял. А я же предлагала. Наливочку. У меня наливочка домашняя, на ягодах настоянная. Чистый продукт, что слеза. А он ни-ни. Я уж думала, может, больной? Так вроде не похож. Сильный, шкаф у меня одной левой передвинул. Племянника-то не допросишься. И от пола каждое утро отжимается по пятьдесят раз. На кулаках. Полуголый. А торс такой накачанный, рельефный, кубики везде. Я аж засматриваюсь. Мне б годков двадцать скинуть, да с таким мужиком на полати. Эх…
– Вот ведь срамница, – со вкусом засмеялась Антонина Евгеньевна. – Тебе уж, Клавдия, седьмой десяток, а все о мужиках думаешь.
– Мне всего-то шестьдесят два, – чуть обиженно сказала Клавдия Петровна. – Тебе, Тонька, хорошо говорить. Живешь при муже. А я одна. А тут красавчик такой под носом. Съесть не съем, так хоть пооблизываться не мешай.
И все трое весело расхохотались. Богатое Сашино воображение тут же услужливо нарисовало ей раздетого по пояс Игоря Данилова с кубиками на нужных местах. Картинка вышла просто загляденье. Саша даже вздохнула, а осознав это, тут же рассердилась на себя за глупые мысли. Вот еще. И ни капельки он ей не нравится. Заносчивый хам, да еще и подозрительный к тому же.
Хотя надо же, бабке рыбу наловил, потому что знал, что она пироги напечь хочет. И судака не пожалел.
Саша ни на мгновение не забывала о папке с резинками, лежащей в ее рюкзаке. Поедая вкуснейший пирог и запивая его чаем, она предвкушала, как уединится в своей комнате и погрузится в чтение. Однако старушки, которым явно наскучила компания друг друга, засыпали ее все новыми и новыми вопросами. Про Москву, про работу, про родителей, про личную жизнь.
На последний вопрос Саша поджала губы. Не рассказывать же им про Данимира.
– Я одна. Так получилось, – ограничилась она той правдой, которая существовала на данный момент.
– А вот и плохо, – тут же откликнулась тетя Нюра. – Женщине нужно быть за мужем. Вот не замужем, а именно за мужем. Чтобы все ее проблемы решал, заботы на себя брал, оберегал, охранял и любил.
– И много ты таких мужиков знаешь? – с иронией спросила Клавдия Петровна. – Чтоб не пил, не курил и цветы всегда дарил. Так это только в песне.
– А я за всю свою жизнь вообще только одного мужика знала. Степана моего, – с достоинством ответила тетя Нюра. – Вот он у меня именно такой и был. Как поженились, так он ни на одну другую женщину не посмотрел.
