Женщина прячется под воротом свитера, ветер душит. Минут через пять до прибытия экспресса — время, чтобы выбраться из здания вокзала. Я выбираю место между проходной дверью и окнами, где я смогу наблюдать за поездом без видимых поводов для беспокойства. Как только вагон приближается к зданию, свет огней раскрывает темную пустыню, словно созерцая незримое чудо скорости и отчуждения....
В конце концов, его родственник учился здесь в институте, не исключено, что отец. Эта тайна, к которой я пока не могу подобраться, тоже держит меня здесь. Еще как держит.
Тетради и дипломные работы учеников Глафиры Дмитриевны находились сейчас прямо подо мной. Соблазн заняться ими сию секунду был очень велик. Что, если среди них есть работы моего собственного отца? Почему я ребенком никогда не интересовалась тем, кто он по образованию? Впрочем, поначалу вопросы я наверняка задавала, только вряд ли он на них отвечал, оттого и вспомнить мне было нечего.
Посмотрев на часы, я поняла, что поиски придется отложить. До звонка будильника оставалось всего четыре часа, а грядущий день обещал быть насыщенным. Впрочем, других у меня давно не случалось.
Я спешила от автобусной остановки к главному входу в здание, когда увидела, как Крюков выходит из своего автомобиля. Что ж, Настины опасения были напрасны: он никуда не сбежал, более того, выглядел довольно бодро.
– Татьяна Юрьевна, – заметил он меня. – Как ваши успехи?
Я прикинула, как следует ответить, и все же сказала:
– С вашей помощью были бы гораздо лучше.
– Я к вашим услугам, – спокойно ответил он.
В подтверждение своих слов зам развел руки в стороны, то ли намекая на свою безоружность, то ли предлагая его обнять. Я предпочитала верить в первый вариант.
– Поднимемся в кабинет? Своего у меня нет, поэтому в ваш."
"Он усмехнулся, и мы вместе вошли в здание.
К счастью, в кабинете мы оказались вдвоем. Даниил Альбертович разделся, повесил куртку с меховым воротником в шкаф, а я пристроила свою на стуле возле двери.
Я заметила, что на подоконнике у него появилась небольшая живая елка в горшке, украшенная красными и золотистыми шариками.
– Какая прелесть, – не сдержалась я.
– Да, жена постаралась.
– Не знала, что она здесь бывает.
– Не бывает, купила специально для моего кабинета.
– Золотая женщина.
– Мне повезло, – улыбнулся он, устраиваясь за столом.
– Вы уж извините, – я взяла стул и придвинула его так, чтобы оказаться напротив Крюкова, – но поговорить я хочу с вами о другой.
– Я догадался. Что интересует вас на этот раз? Хотите узнать, нет ли в моем личном автопарке белой «Киа»?
– Не угадали.
