Женщина прячется под воротом свитера, ветер душит. Минут через пять до прибытия экспресса — время, чтобы выбраться из здания вокзала. Я выбираю место между проходной дверью и окнами, где я смогу наблюдать за поездом без видимых поводов для беспокойства. Как только вагон приближается к зданию, свет огней раскрывает темную пустыню, словно созерцая незримое чудо скорости и отчуждения....
– Влас, мой спутник в казино – он один из тех цыган, что владеют бизнесом?
Парень впервые за всю беседу надолго задержал на мне взгляд. Глаза его были стеклянными, а руки подрагивали.
– Даже если и так, думаешь, он бы мне в этом признался?
– Человек тебя с оружием обращаться научил, а ты его обворовывал. Нехорошо это! – пожурила я.
Буквально на следующий день удалось найти записи с городских камер, на которых Шаров оставлял свой автомобиль в квартале от дома Алисы Воронцовой в тот самый день, когда девушка была убита в собственной кухне.
Отпечатки Младшенького совпали не только со следами на свертке, но и с теми, что он умудрился оставить в квартире Алисы.
Судьба парня ждала незавидная, но жалеть этого монстра никому не приходило в голову.
Я собирала свои вещи в доме Глафиры Дмитриевны, когда на телефон пришло сообщение.
«Успел соскучиться», – писал Лазарь.
Несколько раз я перечитала этот нехитрый текст. Я тоже скучала, но мысль о том, сколько тайн хранит этот человек, была сильнее любых эмоций.
Я заглянула под кровать старушки, с тоской посмотрела на стопки тетрадей и папок. У нее ведь тоже были секреты. Такие, о которых не следовало знать другим. Они есть у всех. Просто у кого-то безобидные, а у кого-то слишком страшные.
Подхватив чемодан и увесистый пакет, я покинула квартиру. Запирая дверь на ключ, я вдруг заметила на двери записку. Совсем крохотную, в самом углу.
Я сорвала ее с двери и прочитала:
«Восхищаюсь тобой, несмотря ни на что».
В конторе я отдала Насте ее вещи. Убийце было уже не отвертеться, но тем не менее она развила бурную деятельность.
– Я запросила информацию по билетам. Поездка в твой город действительно была для Ефременко не первой. В основном Анна Петровна отправлялась туда в выходные. Не приходилось даже выдумывать предлоги, чтобы улизнуть с работы, как в ту злополучную пятницу…
– А Воронцова?
– Да, и на ее имя было куплено четыре билета, три раза они были там с Анной вдвоем.
Я поблагодарила Настю за сотрудничество и компанию. «Кажется, я буду скучать», – подумала некстати.
Мы долго и тепло прощались и с ней, и с Субботкиным.
– Крюков на месте? – спросила я. – Ему тоже нужно сказать до свидания.
– Опять в отгуле, – развел руками Виктор.
– Говорят, от него жена ушла, – добавила Настя. – Или самого его из дома выгнала.
