Автор
В этой книге тебя ждет мистический роман, где главная героиня выберет своего парня в условиях невероятной опасности. Атмосфера напряженна и интригующа, будто ты сам стал участником приключений персонажей. Книга рассказывает о выборе судьбы между любовью и жизнью.
Надеюсь, вы не возражаете, потому что мне не удаются выступления перед большими группами людей.
– Да неужели? – произнес я. – Кажется, несколько лет назад на вечеринке в честь Хеллоуина с этим проблем не возникло.
Эдди покраснел и усмехнулся. Он поднял взгляд, и, мельком взглянув на нас с Максом, снова уставился в пол.
– Верно, но тогда был крайний случай…
Оказавшись в интернате, – не без помощи Макса – Эдди перестал разговаривать так, словно жил в Викторианской эпохе. Он больше не ощущал необходимости прятаться за причудливым говором или что-то придумывать.
«И ты, и я, брат».
– Мы не против, Эдди, – вмешался Макс. – Дарлин вполне может говорить за двоих. Или больше, если понадобится…
Она усмехнулась и закатила глаза.
– Смешно, Максимилиан. Хотя ты не ошибся.
Фиби откашлялась.
– Ой, – проговорила Дарлин. – Мы задерживаем движение."
"И они с Эдди двинулись дальше.
– Макс с отцом, – скомандовала Фиби. – Вперед.
Обернувшись, Макс одарил меня прощальной улыбкой и ушел вместе с Лу.
– Сайлас, – произнесла Барбара. – Знаю, что это всего лишь репетиция, но, полагаю, завтра я буду немного не в себе и, может, не смогу сказать, что хочу.
– Ладно, – собираясь с духом, проговорил я.
Все сильные эмоции, что сопровождали грядущее событие, казалось, добрались и до меня. И я начинал серьезно сомневаться, что во время завтрашней церемонии смогу держать себя в руках.
Фиби знаками показывала нам, что нужно идти вперед, но Барбара не обращала на нее внимания.
– Я хотела сказать, что в семействе Кауфман все заметили, как счастлив с тобой наш сын. Он просто светится. А для матери нет лучшего подарка, чем видеть ребенка довольным и понимать, что он находится в надежных руках рядом с любимым челове- ком.
«Вот черт…»
Я прикусил щеку изнутри.
– Долгое время мы этого не понимали, – продолжила она, глаза ее блестели. – Честно говоря, я даже не помню, почему. Насколько же ужасной должна оказаться причина, что мы отказывали ему в подобных радостях… Не уверена, что она вообще существовала.
Фиби одарила нас взглядом.
– Ладно, я закончила, – глубоко вздохнув, произнесла Барбара и промокнула глаза. – Ну что, пойдем?
«Конечно, пойдем, после такой-то речи. Черт побери».
