Автор
Встреча бывших одноклассников вызывает сильные эмоции и желание доказать свою правоту. Женщина, пережившая развод и потерю работы, сталкивается с давлением и необходимостью реагировать на провокации. Интрига строится вокруг того, как прошлое влияет на настоящее и стремление к самоутверждению.
Мы словно потерялись в долгом летнем вечере, в теплых сумерках, когда голоса разносятся далеко-далеко и догорает золотой закат.
Пусть так и останется.
Это не было быстрой яркой страстью, когда не успеваешь даже до конца снять одежду, жадной, голодной, короткой.
Это не было неумелой робостью, когда движешься наугад и дрожишь как безумная только от этой неловкости.
Не было жаркой жаждой, пережигающей нервы, испепеляющей, после которой остаются синяки, засосы и невидимые огненные печати в сердце.
Это не было ничем, что я могла бы вообразить, если бы осмелилась мечтать о таком. Но я никогда не дерзала думать дальше первого поцелуя. Поэтому то, что происходило сейчас — крепкие поцелуи, нежные объятия — и наоборот, — рождало внутри какой-то запредельно теплый свет. Раскатывало альтернативную реальность, в которой получаешь все, что хотела и еще сверх того.
Я знала, что он видит меня той, семнадцатилетней и свежей. Как я вижу его тем — прежним. Но лучше. Все происходящее было обычной любовной историей двух одноклассников, которые вдруг поняли, что не везде друг друга потрогали. Но лучше.
Как тот образ, который мне создали в салоне красоты. Вроде бы я.
Все было как надо. Без неловкости и неудач, неизбежных в первый раз с новым человеком. Словно мы уже давно вместе, но недостаточно давно, чтобы упустить из ладоней хоть каплю страсти.
Хотя, может быть, это было чуть быстрее, чем хотелось бы. Голова кружилась, физические ощущения перемешивались с пьянящими эмоциями в крепчайший коктейль, и не хотелось оттягивать удовольствие, играть в игры. Хотелось просто быть вместе, касаться горячей кожи, пить поцелуи, чувствовать единый ритм сердец и движений.
Где-то между сорванными вдохами и влажными касаниями Илья проговорил мне на ухо, словно забывшись:
— Ты настоящая, такая настоящая…
Я не стала ничего спрашивать, снова закрыв ему рот — на этот раз губами.
После, лежа рядом и восстанавливая дыхание, он целовал меня в плечо и больше не пытался ничего говорить. Все было правильно. Все было как надо.
Как в том анекдоте про то, что если у вас в детстве не было велосипеда, зато сейчас есть «Порше», у вас все равно в детстве НЕ БЫЛО велосипеда.
Только наоборот. Мечта сбылась — и ничуть не устарела за прошедшее время. То счастье, бесконечное и яркое, которое я воображала себе в прошлом, оказалось именно таким. Ярким и бесконечным.
Радость такой же сильной и искренней.
Как будто мне подарили велосипед сейчас, но он внезапно появился и в детстве тоже.
