В непостижимо пыльном подъезде жилы кровью потекают, и не только от старости деревянных перегородок. Совсем рядом – дом, где стены слышат все секретные разговоры соседей, а шторы на окнах так же выцветают, как те фотографии с туманной улыбкой. Здесь время скрылось в дряхлой люстре и застывших пазухах старых полотен....
Но Надя до сих пор не верила. Просто не могла поверить!..
Но за ручку входной двери — она до сих пор стояла на пороге — попробовала дернуть.
Однако та даже не шелохнулась. А Ирина, снова неприятно улыбнувшись, продемонстрировала гостье пульт дистанционного управления. Объяснила:
— «Умный дом». Чтоб дать любую команду, даже с дивана вставать не нужно. Заперто. И не пытайся.
Она протянула к Митрофановой руку, и та против воли вздрогнула.
— Да не дергайся ты! — презрительно произнесла хозяйка. — Если я говорю: будем пить кофе — значит, пока только кофе.
Она повернулась и, больше не глядя на Надежду, двинулась в гостиную. Митрофанова поплелась следом. И, пока шагала, успела отметить: а шансов-то выбраться у нее нет. Входная дверь заперта. Окна — тройные стеклопакеты, да еще и зарешечены. И явно никого больше в доме нет. А Димке — единственному, на чью помощь можно надеяться, она даже не намекнула, куда поехала…
Ирка тем временем махнула гостье на широченный, белой кожи диван:
— Садись. Кофе щаз сделаю.
— Ир… — тихо произнесла Надежда. — Я… я на самом деле ни о чем еще не догадалась… Только заподозрила…
— Ладно, заподозрила она! — фыркнула Ирина. — Раз ни свет ни заря ко мне приперлась — значит, точно поняла!.. Говори: как? Где я прокололась?!
— Да я просто случайно узнала… — промямлила Надя, — что ты замуж собираешься. За влиятельного человека. И тогда еще подумала: влиятельные — они невест придирчиво выбирают… А сегодня в Интернете прочитала, что ты за самого Тимофея Милюкова, оказывается, выходишь.
— Да, Митрофанова. Ты не ошибаешься, — поджала губы Ирина.
— Ну вот я и решила, — поникла Надя, — что такой человек… обязательно захочет, чтобы невеста его сына была безупречной. Абсолютно безупречной. Во всем. И ты на самом деле… ты — такая и есть. Молодая, красивая, самостоятельная, умная. — Она взглянула в глаза подруге.
— Слушай, Митрофанова, — поморщилась хозяйка.
— А я к тебе и не подлизываюсь, — возмутилась Надежда. — Я действительно считаю, что ты… ты — в общем, мой идеал. Единственный человек, который всего сам своим трудом достиг. А та ошибка, что ты — нет, мы все, все трое! — совершили тогда, — с кем не бывает?!
— Думаю, папашка Милюков с тобой бы не согласился, — вздохнула Ирина.
