Сборник произведений о человеке чести и долга, бывшем ликвидаторе и служащем Гохрана. Автор исследует жизненный путь офицера, его взгляд на прошлое и настоящее страны. Через призму личной истории раскрываются вечные вопросы о верности, ответственности перед народом и памятью предков.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Офицер: Офицер. Тактик. Стратег (сборник)» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Сборник произведений о человеке чести и долга, бывшем ликвидаторе и служащем Гохрана. Автор исследует жизненный путь офицера, его взгляд на прошлое и настоящее страны. Через призму личной истории раскрываются вечные вопросы о верности, ответственности перед народом и памятью предков.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Борис Львович Орлов Альтернативная история подборки серии
Сборник произведений о человеке чести и долга, бывшем ликвидаторе и служащем Гохрана. Автор исследует жизненный путь офицера, его взгляд на прошлое и настоящее страны. Через призму личной истории раскрываются вечные вопросы о верности, ответственности перед народом и памятью предков.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И правильно говорит товарищ Булганин: нужно не только заставить наркомат контроля защищать социализм и советский народ от перерожденцев на начальственных постах, но и иметь инструмент, защищающий социализм и советский народ от работников наркомата контроля.
Новая пауза была дольше предыдущих, но теперь в ней не было напряженности или неловкости. Все сидящие в кабинете перебирали в головах варианты решения задачи, обозначенной Вождем.
— Я думаю, — подал голос Орджоникидзе, — что во главе этого наркомата надо поставить Землячку[239]. У нее не забалуешь.
При этих словах Булганин, знакомый с Розалией Самойловной Землячкой по работе в СНК РСФСР, непроизвольно поежился. Берия заметил это движение Николая Александровича и чуть улыбнулся, вспомнив, как год тому назад Землячка «застукала» любившего вкусно поесть Булганина в кремлевском буфете. Николай Александрович шествовал к столику, нагруженный тарелками, полными бутербродов с икрой, осетриной и бужениной. От скандала, который тогда закатила ему неуемная «Демон» за разбазаривание продуктов, бедняга Булганин уронил тарелки и тут же налетел на еще одну выволочку — за пренебрежительное отношение к продуктам питания. Сама же Землячка, грозно сверкая очками, демонстративно всегда брала в буфете лишь порцию селедки с вареной картошкой и стакан чая. После такой бурной встречи Николай Александрович с полгода в кремлевском буфете не появлялся, да и потом заходил туда с опаской и с оглядкой.
Сталин кивнул, соглашаясь, а потом предложил:
— И товарища Мехлиса ей — в заместители.
Эту идею поддержали все. Мехлис был настолько похож характером на Розалию Самойловну, что казался чуть ли не ее сыном. Кроме того, Мехлис был одним из немногих людей, кто осмеливался спорить с грозной Землячкой, отстаивая свою правоту. И одним из буквально трех-четырех людей на свете, кому в спорах с отчаянной большевичкой иной раз удавалось одерживать верх.
На лежавших листах тут же набросали схему будущего наркомата, немного поспорили об отделах и структуре подчинения, как вдруг…
— Этого, наверное, недостаточно, — сказал Берия негромко.
Булганин, мгновенно вспотев, согласно кивнул и принялся ожесточенно протирать очки.
Сталин посмотрел на молодых членов «группы мозгового штурма», покачал головой, но внезапно улыбнулся. Орджоникидзе непонимающе уставился на всех троих.
— Почему «недостаточно»? — хрипло спросил он. — Что не так, Коба?
Сталин медлил с ответом. Посмотрел на Берию, на Булганина, снова на Берию. Наконец сделал знак Николаю Александровичу — «говори, мол», и откинулся на спинку стула.
Булганин снова встал, снова одернул френч, снова поискал, куда бы деть руки…
— Товарищ Орджоникидзе, Землячке уже шестьдесят три.
