Японцы, проиграв второй раз за неполные два года, совершенно не рвались воевать с русскими, а Германия, увидев результаты польской и финской кампаний, решила взять еще время на дополнительное перевооружение армии.
Таким образом, начало войны откладывалось как минимум до сорок первого года, тогда как любое промедление грозило лишними убытками.
— Аарон, а как продвигается объединение Франции и Германии?"
"— План вчерне готов, и к лету сорок первого будет реализован. Но Шпеер и Крупп просят дать им время на переваривание такого огромного куска. Сторонников рейха во Франции не так много, как хотелось бы, а гестапо не вездесуще. Но даже с учетом объединения экономик Германии, Франции, Австрии, Италии и некоторых других государств, у них нет уверенности в победе над Россией.
— Англичан никак не пристегнуть к этой системе, — проворчал Варбург, предвосхищая вопросы собравшихся. — Среди элиты очень сильны левацкие настроения, и так просто, как во Франции, ситуация не разрешится. Кроме того, есть ряд принципиальных возражений против вступления Великобритании в рейх.
— А зачем мы вообще делаем ставку на бошей и Европу в целом? — Гарольд Хант неприязненно посмотрел на Рокфеллера. — Они уже обгадились в двух войнах, и нет никакой гарантии, что не обгадятся вновь? Может, сделать ставку на Россию? Во всяком случае, я вижу перспективы у нее более серьезные. А этот рейх… — Он небрежно взмахнул рукой с зажатой в ней сигарой.
— Рейх, СССР, все это только названия, Гарольд, — Варбург пыхнул сигарой. — Англичане вступят в войну вместе с Гитлером?
— Только косвенно. — Джон Дэвиссон кивнул. — Помощь технологиями и нейтралитет в войне. Это максимум. Но наши английские друзья обеспокоены воинственной риторикой Гитлера. Вы уверены в том, что сможете контролировать национал-социалистов?
— А нам и не нужен контроль, Джон. — Ротшильд вздохнул, словно учитель, объясняющий прописные истины. — Нам нужно просто обильно полить эту кучу дров керосином, а спичку поднесут другие. В конце концов, не нам же сидеть в окопах?
Но на этот вопрос Варбург ответить не успел. В зал широкими шагами вошел Джером Стоунволл Басс — богатейший человек штата Одинокой Звезды. Все присутствующие невольно вздрогнули. Почти незаметно для других, но вполне ощутимо для самих себя.
Басс был представителем магнатов Юга — не того Юга, который семьдесят лет назад отчаянно сражался за право остаться патриархальным, аристократичным и независимым! — нет.