Сборник произведений о человеке чести и долга, бывшем ликвидаторе и служащем Гохрана. Автор исследует жизненный путь офицера, его взгляд на прошлое и настоящее страны. Через призму личной истории раскрываются вечные вопросы о верности, ответственности перед народом и памятью предков.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Офицер: Офицер. Тактик. Стратег (сборник)» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Сборник произведений о человеке чести и долга, бывшем ликвидаторе и служащем Гохрана. Автор исследует жизненный путь офицера, его взгляд на прошлое и настоящее страны. Через призму личной истории раскрываются вечные вопросы о верности, ответственности перед народом и памятью предков.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Борис Львович Орлов Альтернативная история подборки серии
Сборник произведений о человеке чести и долга, бывшем ликвидаторе и служащем Гохрана. Автор исследует жизненный путь офицера, его взгляд на прошлое и настоящее страны. Через призму личной истории раскрываются вечные вопросы о верности, ответственности перед народом и памятью предков.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А «русский чай» прочно обосновался в японском — до этого там даже не было определения для «черного чая»…
В больших кружках заваривались пакетики зеленого чая, Павликов вытащил завернутый в вощеную рисовую бумагу колотый сахар, а Юрисима — картонную коробочку с мидзуекан[421]. В этот момент снова грохнуло, и снова чуть вздрогнула земля…
— Кучно бьют, — лениво заметил Антон.
— Пристрелялись, — подтвердил Тадаеси.
— Похоже, что нам надо поторапливаться, дружище. Сейчас ваши морячки закончат, и наша работа начнется, — и Павликов принялся ожесточенно дуть на обжигающий напиток.
Юрисима сунул в рот кусок сахару и сделал большой глоток чая. Подышал ртом, пережидая ожог, и уже собрался было повторить, как на поляну выскочил худой жилистый японский солдат. Это был вестовой роты Кендоро.
— Товарищи тюи, товарищи тюи, — зачастил он. — По радио передали сигнал «Орхидеи еще не зацвели»! «Не зацвели еще орхидеи»!
— Эх ты ж …! — выдохнул старший лейтенант Павликов, с сожалением выплеснул чай на землю и сунул кружку в котелок. — Пошли, братишка, труба зовет!
Юрисима подхватил свой вещмешок, затем вылил чайник в костер и заторопился за своим другом.
На самой границе опушки, в густых, переплетенных лианами зарослях пряталась техника второй роты. К изумлению советского командования, японские товарищи настояли на использовании в Малайской десантной операции только легкой техники. И неважно, если она была устаревшей — основное ограничение накладывалось по весу. Скрепя сердце Конев отдал приказ вывести из состава 4-й механизированной дивизии все сорокатонные ИСы, которых сменили более легкие ветераны Т-28АМ и даже специально разработанные плавающие танки КН-1Д[422], чей малый вес позволял доставлять их даже на внешней подвеске тяжелых самолетов и вертолетов. Что, естественно, повлекло за собой изменение в штатном расписании частей и подразделений.
В отличие от обычной — континентальной, вторая рота имела в своем составе не один, а два танковых взвода, при сохранении трех остальных взводов в полном составе. Шесть «каэнок» — на армейском арго, «коников» — давали некоторую надежду, что мощный залп шести 85-мм орудий хоть как-то компенсирует тонкую, противопульную броню. Кроме них в роту входили обычные для механизированных войск взвод БА-12[423] и мотоциклов со станковыми гранатометами, а также два взвода мотопехоты на БТР-40 — здоровенных восьмиколесных чудовищ с гробообразными, открытыми сверху корпусами и двумя пулеметами — обычным и крупнокалиберным — на вертлюгах.
