В хмурой дремучей тайге отряд спецназа ожидает приказ о новом задании. Усталый офицер Калинин пробуждается от несчастного сна, а мрачные часы подтверждают: ему предстоит пережить еще один непростой день вдали от родной земли.
Она так и не смогла уснуть в эту ночь. Как, впрочем, и Николай, которого не свалили даже две бутылки водки. Несмотря на бессонную ночь, Николай нашел в себе силы собраться, чтобы утром отправиться на работу.
В администрации отсидел на планерке, определил план работы подчиненным и собрался в Дом культуры, проверить окончание работ по приведению клуба в более-менее приличный вид накануне празднования 200-летия поселка Ташаево.
Выйдя из «Белого дома», увидел возле своей «Нивы» Соболева:
– Привет, Володь!
– Здорово.
– Нормально.
– Это, вообще-то, заметно. Тебе бы домой. Отоспаться, а то видок, честно говоря, не очень.
Николай махнул рукой:
– Плевать! У тебя дело ко мне? Или так вышел, посмотреть, как выглядит сосед?
– Так вышел.
– Тогда я поехал. Надо клуб посетить.
– Давай.
Есипов сел в «Ниву» и тронулся в сторону Дома культуры. Работы в здании были завершены, можно принимать участников торжества. Николай хотел подняться на чердак, посмотреть, как обстоят дела с восстановлением освещения зала и фойе, но раздумал.
Закрыв центральный вход, он сел в машину.
Куда теперь? В администрацию? К себе в отдел? Под недвусмысленные взгляды и намеки Надежды Петровны Власовой? Та не упустит случая укусить начальника, если, конечно, слухи о его делах на личном фронте успели распространиться по поселку.
"Есипов по сотовому телефону набрал прямой номер главы администрации.
– Слушаю, Аракевич!
– Это Есипов. Считаю необходимым предупредить вас, Андрей Михайлович, что сегодня на работе не появлюсь. По состоянию здоровья.
Глава администрации ответил не сразу. Не привык, чтобы таким образом подчиненные разговаривали с ним. Ничего, пусть привыкает. По-другому Николай с Аракевичем общаться не будет. Выдержав паузу, глава спросил:
– Заболели, Николай Алексеевич?
– Нет. Просто чувствую себя неважно.
– Хорошо.
