В пестром офисе напряжение зашкаливает до предела: шквальный выстрел в мишень и гневные взгляды сотрудников на Артемьевского. Воровский демонстрирует, как правильно стрелять — с хладнокровием и решительностью. Атмосфера напряжения и власти окунает читателей в рабочую среду, где каждый шаг подвергается тщательному контролю....
— Михаил Викторович скоро подойдет, — кивком головы Анна указала на дверь."
"— Да, конечно, — еще пара мгновений, и я пошла за ней следом.
Секретарь открыла передо мной дверь роскошной приемной и впустила внутрь.
Незнакомая роскошь била по глазам, заставляя ждать подвоха. Однажды я уже жила в роскоши, и это очень плохо закончилось. Я осторожно осмотрелась.
На двери стальными буквами была выбита надпись «Генеральный директор». А рядом, витиеватым размашистым шрифтом добавлено: Воровский М.В.
Какая интересная фамилия.
Интересно, это ему моя сестричка задолжала два миллиона? Хотелось бы еще раз посмотреть в глаза человеку, который раздает направо и налево миллионы неудачницам из ночных клубов.
— Давайте вашу шубку, — улыбнулась Анна. — Кофе будете?
— Нет, спасибо.
Я протянула ей шубу и устроилась на мягком диванчике для посетителей.
Ждать долго не пришлось. Дверь распахнулась, и я снова ощутила терпкий аромат дорогой мужской туалетной воды.
— Здравствуйте поближе, Елизавета Александровна. Анечка, сделай нам кофе. Что предпочитает наша гостья? Американо? Эспрессо?
— Эспрессо, — поднимаясь с диванчика, сдалась я.
— Отличный выбор. Два эспрессо, Анечка.
— Уже несу, Михаил Викторович, — заулыбалась секретарь.
Воровский галантно распахнул передо мной дверь своего кабинета и впустил внутрь.
Я нерешительно остановилась посреди огромного пространства и растерянно подняла на него глаза.
Он улыбнулся бархатной улыбкой и отодвинул для меня стул для посетителей. Я сразу сжалась – его широкие плечи и четко очерченный профиль, несомненно, производили эффект. А в сочетании с глазами это было нечто. Интересно, поклонницы часто пробираются в его компанию, чтобы подарить ему себя прямо на столе? Мысли о поклонницах этого привлекательного мужчины меня развеселили, и я едва сдержала улыбку.
— Еще раз доброе утро, — спохватившись, я села в предложенное кресло для посетителей.
На самом деле меня по прежнему подмывало спросить, как такому успешному и процветающему мужчине пришло в голову дать денег нищей девице из ночного клуба, но я благородно молчала.
Воровский стоял совсем рядом. Скрестив руки на груди, он задумчиво потирал подбородок и бесстыдно рассматривал мою персону.
Я сглотнула.
— У вас всегда собеседования проходят в молчаливом созерцании?
Он усмехнулся.
- Нет, конечно, нет.
