В те эпохальные времена, когда множество знаменитых городов еще не были известны, она уже стояла на передовой международной торговли и политики. Здесь обосновался князь Рюрик, прибывший с Востока где-то в конце X века. Как выглядела Ладога тогда? Когда ей исполнилось уже сто лет или даже больше?...
Забылось имя того могучего, мудрого и отважного волхва, сумевшего отправить свой дух по следам богов, но его подвиг не пропал даром — теперь каждый из рода человеческого может знать, на чем стоит мир, и силой своего духа поддерживать хрупкое равновесие, которое никогда не застывает в покое. Как человек делает вдох и выдох, так и сама вселенная дышит: вверх и вниз, на гору и с горы, от тьмы к свету, от холода к теплу и обратно.
И после того как умолк Твердовек и затих перезвон позолоченных струн, все взоры разом устремились к белой фигуре под покрывалом.
Дивляна не видела этого сквозь покрывало, но и сама едва стояла на ногах. Еще в самом начале обряда она поняла, как нелегко приходилось все эти годы ее сестре Яромиле и почему та иногда проговаривалась, как мечтает о том дне, когда кто-нибудь избавит ее от чести быть Девой Альдогой и даст возможность жить обычной человеческой жизнью.
Дивляна слушала песнь об Огнедеве, всем существом ощущая, что речь идет о ней. Это она томилась в темном мрачном подземелье рядом с могучим угрюмым чудовищем. Это ее несла вверх молодая олениха, за нее с оленихой сражался могучий орел… И вот она вновь в подземелье, снова ждет освобождения…
Миг — и покрывало взлетело вверх! Свет и воздух обрушились на Дивляну, оглушив ее, и она пошатнулась, невольно закрыла лицо руками.
— Погляди на людей, Огнедева, не бойся, — услышала она смутно знакомый женский голос, звучавший по-матерински тепло и заботливо. Показалось, что это говорит сама Небесная Елень, привыкшая заботиться о своей дочери, священном сокровище вселенной.
Дивляна осторожно раскрыла глаза и глянула вперед.
