Роман повествует о жизни советского рабочего, ставшего писателем и журналистом. Главный герой начинает свой творческий путь на Урале, работая на металлургическом заводе. Произведение отражает становление советской интеллигенции и борьбу человека за самореализацию в эпоху социальных перемен.
Раздел Chitat.online для книги «Огненная дуга» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Роман повествует о жизни советского рабочего, ставшего писателем и журналистом. Главный герой начинает свой творческий путь на Урале, работая на металлургическом заводе. Произведение отражает становление советской интеллигенции и борьбу человека за самореализацию в эпоху социальных перемен.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Роман повествует о жизни советского рабочего, ставшего писателем и журналистом. Главный герой начинает свой творческий путь на Урале, работая на металлургическом заводе. Произведение отражает становление советской интеллигенции и борьбу человека за самореализацию в эпоху социальных перемен.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Стоять между спинками кресел было неловко, и друзья присели рядом, повернувшись лицом друг к другу.
Демидов изумленно, внимательно разглядывал Сибирцева. На себе как-то не замечаешь возрастных перемен, все кажется, что остаешься прежним, пока вот так не увидишь бывшего школьного друга и не откроешь по его лицу, что юность давно позади, наступила зрелость. Годы не прибавили Сибирцеву ни роста, ни полноты, он так и остался небольшим, сухощавым, похожим на подростка, но плечи стали шире, грудь выпуклее, налились тяжелой силой мускулы, а лицо прорезали глубокие морщины. Глаза ушли глубоко. Даже сквозь улыбку в них проглядывала непроходящая боль, как будто Георгию и самому было тяжело нести на плечах бремя преждевременного постарения, которое принесла война. Так, должно быть, выглядел вновь помолодевший Фауст: старость и знание жизни остались в глазах, хотя лицо и фигура оказались молодыми. Недаром говорят, что месяц войны равен году мирной жизни!
Но постепенно глаза Демидова привыкли к новому, изменившемуся облику друга. Вот уже и морщинки казались не такими значительными. Только к глазам он не мог привыкнуть, так они потемнели. Демидов с трудом удержал невольный вздох, который так и рвался из груди, потом тронул новенький погон на плече друга, коротко сказал:
— Поздравляю!
— И я тебя тоже, — ответил Сибирцев. — Ты недалеко отстал.
Демидов отвернул шинель Сибирцева, оглядел орденские планки, покачал головой:
— О, с нами, брат, не шути!
Но Сибирцев только усмехнулся да кивнул на его собственную грудь, тоже украшенную несколькими знаками отличия. Кроме орденских планок, на груди Демидова были нашивки за ранения, как и у Сибирцева, — две красных и одна золотая. Демидов понял, о чем подумал друг, неловко усмехнулся:
— Это уже просто везение. В нашем деле ранен — значит убит, а я все еще живу…
Сибирцев знал, что многие военные профессии именно таковы: если ранен, значит, убит! Например, разведчики, минеры. Но спросить, в каких частях служит друг, не успел. Демидов сказал:
— А я недавно видел Марину…
— Где? Где? — закричал Георгий, не обращая внимания на то, что почти все пассажиры обернулись на его крик.
— В разведке. На нашем фронте, — коротко сообщил Демидов. Он понимал, что это известие не обрадует друга. Марина при встрече рассказала ему, как боится за нее Георгий.
Сибирцев и в самом деле умолк. Скулы напряглись, резко выступили буграми.
Демидов тоже молчал, с сочувствием поглядывая на Георгия.
— Что же, ты не мог остановить ее? — сухо спросил Сибирцев.
— Да разве ее остановишь? Я и не знал ничего, пока не встретился с нею. Но ты только подумай, ведь она на пороге Германии!
— Не все ли равно, где убьют! — махнул рукой Сибирцев.
