В темном зале кишащих теней и угрожающих взглядов, Наама смеется неуловимым смехом, как будто знает что-то, что остальным оставили в прошлом. Здесь, где каждый шаг нарушает невидимые законы, щёлкнув пальцами, она разгоняет угрожающую тьму и создает простор для собственного фантаазиального воплощения....
– Как теперь моя девочка будет питаться? Она у нас такая требовательная…
– Мебель, ковры, гобелены, хрусталь, посуда, вещи… Ничего здесь не оставлю! Все заберу с собой! – зарычала еще одна ""униженная и оскорбленная"".
– С чего ради? – раздался спокойный голос леди Истель, появившейся неожиданно. – Все ранее вами перечисленное – имущество королевской семьи, которая добродушно позволила вам пользоваться этим. Ни мебель, ни ковры, ни все остальное не было куплено за ваши деньги! Насколько мне известно, каждая из ваших семей ежегодно подает его величеству списки, в которых указано, что требует ремонта или замены.
Мы с Наамой притихли, наблюдали за происходящим.
Я была так поражена смелостью и стойкостью этой боевой женщины, что даже дышать перестала, смотря на нее во все глаза. Она одна против обнаглевшего в край зажравшегося стада, которое король пнул под зад.
Честно? Я думала, что сейчас в сторону леди Истель последуют нападки, выговоры, едкие комментарий, как и оскорбления.
"– К каждому из вас будут приставлены слуги, – леди Истель под мое грохочущее в груди сердце свысока оглядела прикусившую язык знать. – Они проконтролируют, чтобы вы ""по неосторожности"" не забрали с собой ничего лишнего.
Я видела, как дамы багровеют от ярости. Они-то уже губу раскатали, как потащат под мышкой дубовый, украшенный резными узорами трюмо и комод, как будут закидывать на спины своих разжиревших супругов шерстяные ковры и гобелены, но не тут-то было.
– Прошу прощения, леди Истель, – стискивая зубы, заговорил один из господинов, розовые щеки которого желейно затряслись. – Хочу внести ясность по поводу своего экипажа…
– Давайте лучше не будем, лорд Дюмон, – не моргнув и глазом, перебила его покорившая меня дама.
Охваченный гневом мужчина с поросячьими глазками яростно засопел, но возражать не стал.
– Отведенное время на сборы – до ужина, – довольная повисшей тишиной, кивнула леди Истель. – В ваших покоях уже ждут слуги. Хорошего всем дня! – лучезарно улыбнулась она, но улыбка эта была издевательской.
