В темном зале кишащих теней и угрожающих взглядов, Наама смеется неуловимым смехом, как будто знает что-то, что остальным оставили в прошлом. Здесь, где каждый шаг нарушает невидимые законы, щёлкнув пальцами, она разгоняет угрожающую тьму и создает простор для собственного фантаазиального воплощения....
Так что при должном лечении и присмотре они через неделю будут как новенькие.
– И все же давай проверим? Мало ли.
– Да без проблем, – дернула хвостом Наама. – Идем. Здесь будет быстрее.
Я не стала спорить, устремляясь за пушистой исследовательницей, которая уже давным-давно изучила весь замок вдоль и поперек.
Мы спустились на несколько этажей, свернули в парочку коридоров, и вот перед нами предстало то самое крыло, по которому меня вел Кай, когда требовалось спасти короля.
Мысли устремились к капитану, а услужливое воображение воскресило в памяти то, как он смотрел на меня возле тронного зала.
«Хватит, Арвена, давать себе ложную надежду! Даже тупой бы смог догадаться, что одно твое присутствие выводит капитана королевской стражи из себя! Он ясно дает это понять хотя бы тем, с какой брезгливостью и омерзением выплевывает слово ""ведьма""!»
Стиснув зубы, я прибавила шаг, усиленно пытаясь отстраниться от ненужных размышлений и переживаний, нарушивших мое душевное равновесие.
– Госпожа! – вскрикнул один из целителей.
Заметив меня, он согнулся пополам, не смея поднять взгляда.
– Не нужно этого, – прошла мимо него, испытывая неловкость от его поведения. – Лучше скажите, все ли хорошо с теми, кого к вам принесли ночью?
– Да, госпожа! – мужчина с длинной бородой медленно выпрямился, так и продолжая смотреть себе под ноги. – Их раны обработаны. Думаю, что через пару дней мы их отпустим.
– Я бы хотела на них взглянуть, – не то чтобы я не поверила сказанному, скорее привыкла все проверять самолично.
– Конечно! – засуетился мужчина. – Прошу вас, следуйте за мной!
Спустя некоторое время я покидала целительскую палату. Мне импонировало, что целители, во главе которых стоял рослый мужчина с кустистыми седыми бровями, не выказали ни грамма осуждения или настороженности. Каждый из них относился ко мне с уважением.
