В темном зале кишащих теней и угрожающих взглядов, Наама смеется неуловимым смехом, как будто знает что-то, что остальным оставили в прошлом. Здесь, где каждый шаг нарушает невидимые законы, щёлкнув пальцами, она разгоняет угрожающую тьму и создает простор для собственного фантаазиального воплощения....
Судя по всему, ни для кого из прислуги уже не было секретом, что моя Наама говорит, а я способна на многое, потому что именно мы с ней и были центром внимания, хотя именно леди Истель известная в замке личность.
В воздухе ощущалось напряжение. Никто не смел произнести ни слова, нервно переминаясь с ноги на ногу. Я выискивала взглядом тех, кого спасла ночью, но одна из спасенных опередила меня.
– Госпожа! – женщина, походящая ранее на живой труп, кинулась к моим ногам, падая на колени. – Спасибо вам, госпожа!
– Не нужно… – попыталась успокоить ее я и поднять на ноги, потому что не любила никогда этого коленеприклонства.
– Если бы не вы, – всхлипывала женщина. – Эти чудовища так и остались бы безнаказанными!
– Если бы вы только знали, – заговорила осторожно другая, низко кланяясь, – что они делали.
– Забирали у нас монеты, – всхлипнула дама в волосах которой проглядывала седина.
– Избивали наших мужчин, – шмыгнула носом молодая девушка.
– У нас здесь создалось много семей, – закивал головой один из них, возраст которого был солидным, – но стражей замка это не останавливало.
– Каждый из них понесет свое наказание, – заговорила леди Истель голосом, наполненным яростью. – Скажите, нам стало известно, что из-за злодеяний Рида Мэндуса та девушка…
– Моя доченька… – замотала головой женщина, стоящая на коленях возле моих ног. – Этот нелюдь убил ее морально! Она… Она… – рыдала бедняжка, прижимая руки к груди.
– Могу ли я ее увидеть? – спросила тихо, опускаясь рядом с плачущей служанкой.
– Что вы… госпожа… – испуганно захлопала глазами измученная переживаниями за своего ребенка мать, когда поняла, что я, как и она, тоже преклонила колени. – Не нужно… Что вы… – задыхаясь, бормотала она, пока вокруг висела гробовая тишина.
– Я из простого народа, как и вы, – смотрела на нее не отрываясь, – не имею титула и не стремлюсь к нему. С богами никакой связи тоже не наблюдается, поэтому поднимайтесь с колен.
И мы направились к нужной комнате. Распахнув дверь, я увидела ту самую бедняжку, душевное равновесие которой оставляло желать лучшего.
Довольно симпатичная девушка с волосами цвета пшеницы сидела на краю кровати.
