Иногда я чувствовал на себе пронизывающий взгляд Алгомской, но мне было на нее плевать.
— Грустишь? —мне на плечо легла тяжелая рука. Перун, замерев рядом, оглядел всех своим суровым взглядом, а потом понимающе посмотрел на меня. — Пошли-ка со мной. От тяжелых мыслей воину всегда помогает добрая чарка вина. Идем-идем, нам еще поговорить надо.
— А учеба? —слабо попытался возразить я, потому что желания куда-либо идти абсолютно не было.
— Так не будет ее сегодня. Пока со всем разберутся, пока распределят, да заселят. Все начнется завтра. Расписание я тебе скинул, ты в первой группе, ну, а я твой куратор. Первая Б, если тебе интересно.
— Первая боевая. Есть еще первая А — первая артефакторная, первая Л —лекарская или поддежка и первая Т — маготехническая. Эти больше изобретатели и инженеры. Ты в боевой и, насколько я знаю, она тебе как раз подходит.
— Где эта группа? И почему вы не вещаете с умным видом, как вон те?
— Ну, во-первых, нечего мне выкать — мы, русичи, только к врагу обращаемся на «вы», потому как Выя суть Тьма зловредная. А во-вторых, аватар и без меня справится.
— Значит, у тебя тоже есть кукла?
— Не говори так, коль не знаешь, о чем речь ведешь, воин, -грозно нахмурился он. — Пошли, а то скоро небо начнет плакать, на тебя глядючи.
Что ж, я и пошел. Трудно сопротивляться, когда на твоём плече лежит рука бога воинов. От могущества, что я ощущал совсем недавно, не осталось и следа, хотя плюс во всем этом был. Мой источник сейчас бурлил, яростно бился об стенки. Это было предвестником открытия остальных стихий. И только осознание этого не давало мне окончательно погрузиться в тяжелые думы. Видимо, вмешательство Хранителя дало нужный толчок для полного раскрытия дара.
Вновь знакомое заведение. Увидев нас, его хозяин лично подошел попривествовать гостей. Обнявшись с Перуном, он крепко пожал мне руку. При этом мне показалось, его черты поплыли и на лице вдруг мелькнули очертания клюва. Впрочем, стоило мне моргнуть, как все стало как прежде.
— Перун, рад видеть тебя. Тимофей, вижу, жив-здоров. После посиделок с Владом за это впору медаль давать. Но на душе черно у тебя.
— Есть причина на то, -пробасил воин. — Давай нам твоего самого лучшего, а к нему мяса побольше. Непристало бойцам травой всякой питаться. А ежели не занят, то присоединяйся. Твой совет не лишним будет.
Внимательно посмотрев на нас и особенно задержав взгляд на мне, он кивнул, исчез и тут же, будто по волшебству, на столе стали появляться закуски.
