Древний огненный мост купал городок в свете дневного светила, а вокруг его заброшенных фруктовых садов плавали запахи старых трав и полевых цветов. Напитанная пылью из под сапог курсантских ног и мужского матом — знакомой стихии войны. Диверсионная школа абвера была скрыта в тени этих растений, дышала ими и жила своей страшной жизнью......
Рассказал, как уже на советской территории он ждал, когда Храпов расскажет о задании и они начнут к нему готовиться. И тогда Иван пошел бы в милицию. Кого бы повезло встретить, тому бы и открылся. Но о задании не было ни слова. Шли дни, а потом возникли эти штреки в склоне для водоотведения. Сначала Суходолову поручили затащить туда какой-то металл. Он понял, что это направляющие для «эрэсов», как на «катюшах». И испугался, что не успеет сообщить о диверсии. Ведь установить блоки, вложить снаряды и пустить их – дело минутное.
Суходолова отправили вместе с группой оперативников управления НКВД брать оставшихся на свободе диверсантов – Агафонова и Кочеткова. Теперь уже медлить нельзя, раз убит Бурлаков, если арестован сам командир группы Храпов.
– Ты ему поверил? – спросил Маринин, когда оперативники уехали.
– Знаешь, поверил! Не потому, что все им изложенное правдоподобно. Боль в нем настоящая, вот что я увидел. А еще, Глеб Захарович, у нас выхода иного нет. Надо поверить и начать работать. Ошибаемся или нет, нам не узнать, пока не начнем разрабатывать канал этой группы. Меня смущает другое. Ты правда поверил, что группу послали установить на берегу направляющие, что они достанут где-то реактивные снаряды от «катюш» и нанесут удар по мосту?"
"– Согласен, – усмехнулся Маринин, – мне такое задание тоже показалось не слишком реальным.
– Теоретически ты прав, – согласился Шелестов, – а практически, как мне кажется, нам эту группу подставили.
