Древний огненный мост купал городок в свете дневного светила, а вокруг его заброшенных фруктовых садов плавали запахи старых трав и полевых цветов. Напитанная пылью из под сапог курсантских ног и мужского матом — знакомой стихии войны. Диверсионная школа абвера была скрыта в тени этих растений, дышала ими и жила своей страшной жизнью......
На место с сиренами приехала милиция и пожарные. С Волги прибыли военные катера. Часть берега оцепили и никого не подпускали три дня. По рыбачьему поселку стали ходить слухи один страшнее другого.
– Здорово, Знахарь! – Коган без разрешения подсел за столик к невысокому коренастому человеку лет сорока пяти с большой лысиной и густыми бровями.
– И тебе не кашлять, – отозвался мужчина, не поднимая глаз и продолжая методично хлебать щи. – Че хотел?
Борис понимал, что сразу доверие не возникнет и Знахарь просто так не кинется делать дела с незнакомым человеком.
– Вопрос маленький нарисовался, Знахарь. Пока все шло гладко, я тебя не нервировал. Серый с тобой работал. Мое дело было – организовать пацанов по берегу да из пригородов. Ты у меня не один, Знахарь, на всех рук не хватает.
– Загадками говоришь, – отодвигая пустую тарелку и вытирая рот несвежим платком, пробормотал Знахарь. – Сдается мне, ты меня с кем-то путаешь. Может, политуры вчера хватанул, глаза видят плохо? Так бывает. Сам грешен.
– Политуру пусть Стакан Степаныч пьет, у него руки и без того дело знают… только вот не пить ему больше. И мальцов нет. Короче, Знахарь, как и обещано, через два дня будет пятьдесят кило. Как обещано! А через неделю подгоню сотню. Потянешь? Или мне другого искать? Учти, в том числе есть и шашки в заводском оформлении.
Знахарь откинулся на спинку стула, мельком пробежал взглядом по залу ресторана, не заполненного по причине раннего времени. Смотрел он на собеседника лениво, без выражения. Серые глаза были сонными, невыразительными, но Борис Коган за годы работы следователем особого отдела встречал и не таких упрямцев. Сейчас не договоренности важны, сейчас важнее всего заинтересовать этого Знахаря, не спугнуть его.
– Казачьи, что ли, шашки? – поднося к губам стакан в подстаканнике, спросил Знахарь и шумно отхлебнул чай.
– Конечно, – засмеялся Коган. – В ножнах! И к ним шпоры с колесиками! Ты, Знахарь, не тужься, я с тебя ответа не требую. Думай, решай. А если что надумаешь, так послезавтра по утрянке свидимся на Сенном возле трамвайной остановки. Часиков в девять. Я там семечки у бабок покупать буду. А то мне не резон товар держать долго. Есть спрос, надо пользоваться.
