Древний огненный мост купал городок в свете дневного светила, а вокруг его заброшенных фруктовых садов плавали запахи старых трав и полевых цветов. Напитанная пылью из под сапог курсантских ног и мужского матом — знакомой стихии войны. Диверсионная школа абвера была скрыта в тени этих растений, дышала ими и жила своей страшной жизнью......
Не надо быть военным человеком, чтобы понять, что неразорвавшаяся бомба может взорваться в любой момент. И что тогда останется от мальчишек?
– Вы понимаете, что никакие они были не геологи. Это люди, которые собирают взрывчатку для диверсий. Геологам, если надо, страна найдет и взрывчатку, и все необходимое для работы. Расскажите, что вы знаете о Знахаре!
– Леня Знахарь? – Казалось, женщина не удивилась. – Вот, значит, вас кто интересует. По нему, видать, не только уголовка скучает, но и НКВД.
– Да. Именно этот Леня Знахарь и был посредником по закупке у мальчишек взрывчатки.
– Барыга он! – зло бросила Горбунова. – Торгует всем, что можно продать. Ничем не брезгует. Вы вот меня попрекаете, что я храню краденое. А я ведь никого и не спрашивала, откуда у вас блузки да кофточки, откуда юбки и чулки. Нет у меня времени на базар ходить, ко мне на дом ходят и покупают, что другие приносят. А я потом деньги отдаю, а меня благодарят. У меня девчонки болеют все время, слабенькие они.
– Часто он к вам приходил?
– Нет, редко. Да и то, если у него важный покупатель. Пошептаться чтобы, без свидетелей. У меня ведь одной во всем доме вход отдельный. Кто пришел, кто ушел – никто из соседей не видит.
– Скажите, а почему его Знахарем называют?
– Да вроде он фельдшером когда-то работал, да проворовался. То ли спирт, то ли лекарства какие-то продавал налево. За то и отсидел.
– А где он живет, вы знаете? Или где часто бывает?
– Да откуда ж? – пожала плечами женщина. – Он, может, и не саратовский вовсе. То приедет, то исчезнет. Скажите, начальник… Борис Михайлович! А что со мной теперь будет? Рассказать я вам все рассказала. Только ведь больше ничего не знаю. Я – сошка мелкая, кто со мной откровенничать-то будет. Да и ходят ко мне не уголовники, не шпана какая, а так, мелкие перекупщики.
