В свете лунной поганки мерно поскрипывал полевой телефон. Несчастный обер-ефрейтор с расстегнутым воротом кителя морщился от ухудшившегося качества связи, при каждом разговоре поковыряясь в ухе. Это описание создает атмосферу глухих ночей, когда каждый шепот имеет смысл всей войны....
Красная Армия отступала везде – от Заполярья до Черного моря. Потрепанные дивизии Западного фронта спешно отводились в тыл. Из глубины страны прибывали свежие части, но их не успевали развертывать. Удары мехкорпусами 20-й армии тоже не достигли цели – оба корпуса погибли.
Строились новые рубежи обороны – непродуманные, слабые в инженерном отношении. 10 июля немцы перешли в наступление на московском направлении. Танковая группа Гота разбила 19-ю армию под Витебском, устремилась на восток. Гудериан форсировал Днепр в окрестностях Могилева.
Танковая группа Гудериана, двигаясь клиньями на Смоленск, окружила шесть стрелковых дивизий РККА и 16 июля ворвалась в город. Но Смоленск держался, на окраинах завязались упорные бои. Основные части вермахта двинулись в обход города. Попали в окружение 16-я армия Лукина и 20-я – Курочкина. Связь с этими объединениями поддерживалась по единственной бетонной переправе через Днепр у села Соловьево.
Советские войска были вытеснены из Ярцево.
28 июля немцы заняли Смоленск. Войска оказались блокированы между городом и переправой, ежедневно подвергались обстрелам и авианалетам. Ситуацию нужно было спасать.
В штаб Западного фронта прибыл генерал-майор Рокоссовский с поручением организовать оборону и нанести контрудар в районе Ярцево – с целью разблокировать окруженные под Смоленском армии и вновь завладеть переправой.
