Автор
В урочное начало нового учебного года, Есения чувствует, что мир вокруг начинает трансформироваться под знаком первой весенней субботы - дня, когда каждый взрослый задумывается о своей семье и браке. Как учитель, он находит в этом не только символическое отражение времени года, но и новый подход к преподаванию. Однако даже такие маленькие изменений кажутся прецением жизни: завяли букеты на окне, а конфеты исчезают как из воздуха....
– Есения Адольфовна, – слышится из-за спины возмущенный детский голос. – Мы второе место заняли.
– Продули.
– Как лохи.
Резко развернувшись, рисую широкую улыбку на лице.
– Да ладно? – приглаживаю волосы. – А почему так получилось?
– Ашкам явно подсуживали, – сообщает Оля.
Андрей демонстративно от нее отворачивается. Тоже что-то не поделили.
Поляна медленно заполняется моими учениками. Их здесь ни много ни мало – двадцать три.
– Ладно, – киваю и громко объявляю: – Завтра на классном часе разберемся. Давайте обедать.
"Следующие полтора часа мы с Антоном даже не смотрим друг на друга. М-м… по официальной версии.
На самом деле я глаз с Огнева не спускаю. Напялив солнцезащитные очки, медленно серфлю по рельефной спине, крепким ягодицам и мускулистым ногам, пока он после сытного обеда играет в вышибалы с мальчишками, а потом, споласкивая быстро опустевший котелок в пруду, чувствую, как затылок щекочет внимательный взгляд. Помотав головой, сбрасываю это ощущение.
Так наступает вечер.
Мы с детьми совместными усилиями быстро складываем вещи и идем в сторону придорожной стоянки, где многих уже ждут родители. Проводив последнего ученика, поджимаю губы и иду к машине Антона. Он сопровождает справа.
– Давай поговорим, Есь, – останавливает меня.
– О чем?
– О твоей патологической потребности все контролировать…
– То есть это я виновата?! – взрываюсь и бегу обратно в лес, как ужаленная.
Антон быстро догоняет, разворачивает к себе и крепко обнимает.
Я не сдерживаю слез.
Плачу.
– У тебя нос красный, Фюрер, – шепчет Антон, ласково теребя кончик моего носа своим.
– Не смотри.
– А ты не реви, блин… Зараза. Мне двадцать восемь. Забыла? Естественно, у меня были женщины… Кого-то ты наверняка можешь знать. Так же, как и я знаю…
Слабо морщусь. Не надо о Саше.
– Сколько точно?
– Чего? – усмехается.
– Сколько их было? Просто скажи… Это… к примеру, по количеству: как один класс или как целая параллель?
Антон, откинув голову, хохочет.
– Неужели, целая школа? – откровенно пугаюсь. – Огнев!..
– Перестань, – грубоватый смех сменяется мягким голосом: – Ты преувеличиваешь мои способности. Класс, школа… Что за фантазии…
Задержав дыхание, пытаюсь успокоиться. Удивительно, но на этот случай у меня тоже есть свой способ: я представляю геометрическую прогрессию и таким образом забываю о проблеме.
«2,6,18,54,162,486,1458,4374…»
– Чем это ты занимаешься? – хрипит Антон.
