Судно радовало. Причалили к вечеру на знакомой верфи, поставили пушки на станки, указав мастерам, где делать порты, какие должны быть крышки для портов. Пока ехали домой, договорились с Сидором, чтобы он подобрал обслугу из расчета три человека на пушку, тогда перезаряжать можно было быстро. Я же занялся на следующий день покупкой пороха, свинцовых ядер и картечи. Сидору это поручать было нельзя, из всех моих людей только я понимал толк в пушках и стрельбе. Через несколько дней, когда обслуга была подобрана, начал обучать людей. Кораблик вывели за город, на берегу поставили мишени, использовав для этих целей чурбачки из бревен. По крайней мере при попадании они падали, и было видно – удачен выстрел или нет. Пороха для учебы я не жалел, сначала стреляли со стоящего судна, затем с хода под парусами. Через месяц ежедневных упражнений до седьмого пота канониры научились сносно стрелять, с ними можно уже было плавать. К этому времени были готовы пушки по заказу в Туле, мы установили их на корабль, а снятые положили на хранение у меня дома. Хлеба не просят, как бы на прииск отправлять не пришлось. Изумруды – заманчивая добыча для лихих людей. К осени пришло известие от Демидова, от него явился ко мне домой приказчик, что продавал товары в Москве. Алтуфий сообщал, что найден каменный уголь неподалеку от залежей медной руды, набираются люди для работы, а на организацию изумрудного прииска уже отправлена ватажка – рабочие, строители. Демидов просил быть готовым осенью отправиться на изумрудный рудник, заехав по дороге к нему в Нижний. Я поблагодарил и обещал быть. Половина августа и сентябрь пролетели быстро – я лечил людей, дабы не утратить навыки, занимался своими производствами. Конечно, везде были надежные, проверенные люди, но при них производство работало, не развиваясь, а надо было осваивать новую продукцию, захватывать новые рынки сбыта. Перед отъездом я посетил Абрама, ювелир был дома, с задней части двора доносился перестук топоров, лежал пиленый камень.
– Вот, мастерскую расширяю, – Абрам развел руками, – готовлюсь к наплыву работы.
– За этим и пришел, отбываю на днях, через месяца два вернусь с товаром, деньги готовь.
Мы обо всем договорились, и я уехал домой.
Настя приняла мой отъезд как должное, стала собирать вещи, на всякий случай на всю команду приготовили тулупы, сложив их в пустом трюме. Чтобы ушкуй не шел пустым, в трюм загрузили мешки с мукой, крупами, взяли топоры, пилы и гвозди. Дерево в тайге везде, а поди найди гвоздь. В отдельном отсеке трюма, самом сухом, сложили порох, ядра, картечь, туда же уложил пару трофейных пушек, снятых с ушкуя. Все это пригодится на прииске. В последних числах сентября отплыли.