Сели втроем – Дмитрий, Сидор и я – думать. Напасть на татар, чтобы освободить дорогу, – невозможно, людей нет, возвращаться в Пермь – времени много потеряем, как бы на всю весну не застрять, после споров решили уходить с реки, двигаясь на запад, пробиваться по снегу, конечно, тяжело, но ведь попадется же на пути небольшая река или проторенный санный след. Так и стали углубляться в редкий лесок. Валун и тут пригодился, укрыл санный след от любопытных взоров со стороны реки, чтобы след обнаружить, надо было обойти валун. Нам приходилось считаться с возможностью, что татары, безрезультатно прождав нас в засаде, отправят дозор узнать, где мы.
Наверняка нас приняли за торговцев, едущих из Перми, если из города – должны быть деньги за проданный товар, на санях ведь не было груза, да и злые они за нанесенные им потери, наверняка поквитаться хотят. По моим прикидкам, отошли мы от Перми верст за сто, выйдем ли теперь на Глазов или придется по тайге плутать. Продвигались медленно, по очереди впереди на лыжах шел один из охотников, выбирая для саней удобный путь. Раненых трясло на невидимых под снегом корнях деревьев, замерзших кочках и камнях. Выдохлись и остановились на ночевку. Одно хорошо – никто нас не увидит, да дров для костра вокруг полно. Шли по лесу три дня, здорово вымотались, к вечеру падали от усталости, но все-таки удалось выйти к небольшой реке, как затем узнали – Чепце. Шла она почти ровно на запад, куда было нужно и нам. Путь облегчился, лед был ровный и пока прочный. Еще три дня пути, и увидели на левом берегу небольшой город. Перехватили на льду сани с крестьянином.
– А как до Хлынова добраться?
– Да вот по Чепце и езжайте, она вас к Хлынову и приведет. Далее по Вятке до Котельнича, ежели на Казань надо, то по реке и спускайтесь, коли в Нижний, от Котельнича по дороге направо, на Шахунью.
Мы поблагодарили и заехали в город. Надо было обиходить больных, перевязать в тепле, меня беспокоил один раненый – как бы не пришлось делать операцию, похоже, рана гноиться начала. Заняли постоялый двор, до нашего приезда он был почти пуст – не сезон. Это летом, когда торговым людям удобнее и безопаснее на ладьях и ушкуях плавать, обозами ходить, постоялый двор полон. А нынче – зайдет заезжий торговец перекусить после торга, хорошо, если заночует. Хозяин был рад, затопил баньку, холопы бегали со двора на кухню, резали кур, варили суп, жарили мясо. После бани и еды все дружно улеглись спать, постоянные караулы и тяжелая дорога вымотали. С утра, после горячей пищи, не спеша осмотрел раненых, перевязал, одного – охотника Петра – все-таки пришлось оперировать: рана загноилась, отекла, хорошо, гангрены не приключилось.