Автор
Яша сидит в маленькой комнате, где стоит единственное окно, которое тщетно пытается увидеть хоть крохотный луч света. Он держится за перила потолочной балки, чувствуя сердце щемящей болью и мыслью о том, что его виной все это горе. Кажется, мир погружается в бездонную тьму, а он — лишь маленький звездный огонёк в ней, пытающийся нащупать дорогу к свету и спасению....
* * *В раздевалке с девочками обговариваем еще раз некоторые сложные моменты. После бурных обсуждений все уходят в душ, а я первым делом хватаюсь за телефон. Снова вижу несколько пропущенных от мамы, но игнорирую.
Даже когда телефон в моих руках начинает звонить снова, просто сбрасываю. Для меня сейчас первостепенными являются другие задачи. Нужно написать полный отчет о репетиции нашему педагогу. Знаю, что она очень волнуется, поэтому спешу ее успокоить.
Закончив письменный отчет, убираю телефон в сумку и оглядываюсь по сторонам.
Минут через десять вместе с большим облаком пара выхожу обратно из душевой и натыкаюсь на того самого громилу, который поймал меня на стадионе. Несколько секунд таращусь на него глазами, полными ужаса, а потом начинаю визжать, как ненормальная.
Парень делает резкий рывок, перехватывает меня за талию и прижимает к стене.
- Ты чего так орешь-то, дерзкая? – эти слова он выдыхает мне прямо в ухо, запуская по телу целый табун мурашек.
- Что ты здесь делаешь? Это женская раздевалка, - истерично выкрикиваю, как только ко мне возвращается способность говорить.
- А ты думаешь я не знаю и забрел сюда по ошибке?
От его наглой ухмылки мне хочется спрятать даже лицо. А ведь я стою перед ним в одном полотенце.
- Чего тебе от меня надо?
- Показать? – он начинает пошло играть бровями и ржать. Ну и придурок.
- Я сейчас опять заору и сюда прибежит сторож.
- Ну да, конечно. Ты попробуй, разбуди его сначала.
Я изо всех сил отталкиваю его от себя, а сама пячусь в самый угол раздевалки.
Парень недоуменно смотрит на мое оружие, а потом начинает громко хохотать. Я уже говорила, как сильно ненавижу его? Он меня просто бесит.
- Не подходи, - мой голос напоминает сейчас писк раненого животного.
