Глядь на шумную сцену — муж и жена делятся недовольством, каждый за своим столиком в автобусе. Внезапно путь разламывает морозная буря. Один взгляд между ними: напряжение, решимость продолжать свое путешествие — будь что будет. Этот роман о противостоянии двух сердец в условиях северной зимы создает атмосферу страстных и холодных эмоций....
А по мнению светлейшего Павла Валерьевича — такое важное, что прямо вынь да положь.
Ну, ладно, положили. Так ему и этого мало.
На второй день работы Инге сообщили, что ее внешний вид не соответствует политике дресс-кода компании и сказали обратиться к Лауре за инструкциями. Лаура, бл*дь. Инструкция, мать их!
Пришлось исполнять, что уж.
Лаура, как и Саня, и начальник службы информационных технологий «Т-Телеком» Никитин отвесили Инге комплиментов по поводу того, как ей идет строгий костюм. Но это ее нисколько не утешило.
Инга вынашивала планы убийства Мороза. В особо грубой и извращенной форме. Останавливало ее одно. Иногда в нем проскальзывало что-то человеческое. В повороте головы, в мимолетней улыбке, в каких-то, кажется, незначительных словах вдруг прорывался человек, который сидел с ней плечом к плечу в ту ночь в офисе «Т-Телеком».
***— Инга, это не отчет, это какая-то порнография.
Ее терпение уже давно исчерпало все возможные для человека пределы.
— Вы хорошо разбираетесь в порнографии, Павел Валерьевич?
— Давайте отложим разговор о порно до более спокойных времен, — с Морозом бесполезно вступать в словесные пикировки.
А руки у него красивые. Крупные, с длинными пальцами. Такими только — «кудри дев ласкать, и гривы своих коней». Каких дев — Инга могла представить легко. Коней, под капотом, — в общем-то тоже. Запястье руки прикрывал манжет сорочки.
Мороз тоже, похоже, заметил ее задумчивость. Повернул голову, бросил косой взгляд.
— Вы слышите меня, бандероли?
И фразу из «Маугли» он все-таки тогда услышал, мерзавец!
***— Ярослав, ты не мог бы мне помочь?
— Я?! — Поволяев излюбленным и абсолютно картинным жестом прижал руки к груди.
Инга вздохнула. Она не думала, что будет просто. И что Ярик, после всего, что между ними уже накопилось, поможет ей так вот просто. Но деваться ей уже некуда.
— Тем, что ты опытный тимлид. А я в этом деле — нуб.
Поволяев улыбнулся. Ничто так не радует человека, как просчеты окружающих. Ярика так — точно.
— Не боги горшки обжигают, детка.
