Лимузин был окутан тьмой и напряжением, как будто погружен в сцену из фильма ужасов. Впереди уже стоял кортеж агентов полиции и службы безопасности, контролирующих каждый шаг маршрута. Сверху завис полицейский вертолет, наблюдая за всем происходящим со всех сторон.
Кроме полковника и адъютанта, в лодке находились еще двое солдат могучего телосложения, которые с любопытством смотрели на Саундерса, Ричард сидел на корме, словно не замечая — ничего, что творится вокруг.
Мозг лихорадочно работал: Что могло случиться за время их отсутствия в Асунсьоне? Могли задержать Монику, Гомикаву или Ленарта? Наверняка, могли обратить на них внимание. Хотя, если все прошло нормально, миссис Вигман должна быть уже в Бразилии. А Гомикава не имел к ним троим никакого отношения.
Может быть, пришло сообщение из Рима об их двойниках? Это более похоже на истину.
«И все-таки, какую телеграмму получил Торнер, что так изменился? Он не только опасается меня, но и явно боится.
В Асунсьон они прибыли под вечер. В сопровождении охраны Саундерса доставили к двухэтажному дому и без долгих разговоров втолкнули в подвал. Ричард, едва не упав на пол, стал осторожно осматриваться. Тихо выстукивал стены. Кладка старая, — проверил Ричард, — отсюда не убежишь.
Через три часа за ним пришли.
Его подняли наверх, на второй этаж, в комнату, где уже сидели Торнер, его адъютант и неизвестный Саундерсу капитан.
— Садитесь, — недовольно показал полковник на стул, — мы хотели поговорить с вами.
— Я буду жаловаться на вас, полковник Торнер, — зло сказал Саундерс, — меня предупреждали, что с вами нельзя иметь дело, но я не думал, что это зайдет так далеко. Вы теряете чувство меры, полковник.
— Если все будет так, как я думаю, я вас отпущу. Можете не волноваться, — тихо сказал Торнер, — но сначала ответьте на несколько наших вопросов.
— Это что, допрос? По какому праву? Я подам на вас жалобу самому Стресснеру, — горячо сказал Саундерс.
— Не — горячитесь, мистера Хаксли. Для этого вы должны еще выйти отсюда. Итак, мои вопросы…
— Я не буду на них отвечать.
— Лучше отвечать, мистер Хакели, иначе. — многозначительно добавил Торнер.
— Вы мне угрожаете?
— Я вас просто предупреждаю. Итак, у меня всего три вопроса. Перед вами ручка и бумага.
