Автор
В глухой чехарде бесконечных мыслей и страстей, девушка чувствовала себя нарастающей напастью. Однако каждый шаг она делала под пристальным взглядом мужчины - своего провожатого в этом муравейнике человеческих душ.
– И мне, – подал голос с дивана Ворон, которому, судя по лицу, стало совсем дурно.
– Женька, никаких сигарет. «Скорую» ему, его сейчас инфаркт хватит!"
"Хохол метнулся в соседнюю комнату, схватил мобильный и вызвал бригаду. Марина уже успела расстегнуть на Вороне рубаху, уложить его на диван и теперь толкала под язык найденную в косметичке таблетку нитроглицерина.
– Нет, Мишаня, только не здесь, не при мне, – цедила она сквозь зубы, растирая грудь Ворона узкой ладонью. – Давай держись! Я не хочу, чтобы ты унес в могилу злобу на меня, потому что я перед тобой не виновата.
Ворон закатывал глаза и тяжело дышал, Хохол никак не мог понять, чем помочь, но тут, к счастью, приехала бригада. Через десять минут Ворона на носилках спустили в машину, и с сиреной и мигалкой «Скорая» унеслась в больницу. Коваль обессиленно сидела на полу и тупо смотрела на валяющуюся перед ней газету.
– За что он так со мной?
Хмурый Хохол сел рядом, расправил газету и принялся изучать, из-за чего сыр-бор. По мере того как он читал, лицо его делалось светлее.
– Ну ты и истеричка. Да здесь твоего братца куда сильнее жиденьким полили, а ты вроде как и не при делах, разве что в родстве.
– Все равно! – упрямо закусив дрожащую нижнюю губу, процедила Марина.
– А ты не думаешь, что он тебе помог?
– Помог?!
– Да. Он уничтожил все шансы Дмитрия стать мэром. И знаешь почему? Не потому, что у твоего братца не будет возможности объяснить, откреститься и оправдаться, нет. – Женька отбросил газету и прижал Марину к себе. – Отец выложил истинную причину, по которой Дмитрий сюда приехал.
Она подняла на мужа глаза, полные слез:
– Какую?
– Все просто, милая. Бабло. Оно, родимое.
– Какое бабло, о чем ты?
– Твое. Димка думал, что у тебя здесь остались деньги на счетах, и надеялся, став мэром, наложить на них руку. Мало этого, он хотел под шумок вернуть все, что раньше принадлежало тебе, а потом было куплено Бесом на подставных лиц. Не знаю, как он хотел это провернуть, наверняка поднял бы старые ментовские связи. И Ворон ему нужен был для этого – на всякий случай, как второй вариант.
Коваль вдруг заплакала.
