Во мраке приходной комнаты затаилась лишь тень, словно дождь исчез с лица земли. Там, за темными занавесками, скрывалась заветная книга — "Охота на василиска". Страх и ужас окутывали Катю Пучкову вместе с редким таинством этого секретного произведения. Здесь начинались невероятные приключения, где каждый шаг становился подозрительным — как будто сам василиск преследовал бы читателя в самом сердце книги....
Она что-то узнала, а Стас хотел скрыть… Неужели за это?» Ей стало так плохо, что захотелось умереть.
— Мне придется подтасовать кое-какие улики, — Леонид Борисович говорил все тише, — но… это не твои проблемы. Пойми, Стас, сейчас решается твоя судьба. Если мы остановимся на первом варианте, тебя ждет тюрьма. Это предумышленное с отягощающими. Не посмотрят, что несовершеннолетний. Да, первый год с малолетками отсидишь, а остальные девятнадцать — на обычной зоне. Поверь, это ужасное место.
Стас не шевелился, даже не моргал.
— Но если у нас получится протащить второй вариант, — следователь чуть-чуть добавил уверенности, — то это убийство по неосторожности. Скорее всего, дадут условно. Ты же хороший парень, Стас. Правда?
Стас кивнул."
"— Вот и молодец, — Леонид Борисович ловко достал несколько листов бумаги и ручку. — Садись, я продиктую, чтобы не придрались.
Стас посмотрел на ручку и медленно покачал головой.
— Я Мышке ничего не давал… — просипел он. — И вообще никаких пакетиков не травил.
Орловский прищурился. Ксюше показалось, что он всматривается прямо в зрачки Стаса, но тот даже не шевельнулся. Стоял как парализованный.
— Ну нет так нет, — буднично сказал Леонид Борисович. — Тогда я хотел бы знать, где ты был во время убийства Дианы.
— Не знаю, — Стас сглотнул, и теперь его голос звучал чуть живее. — А во сколько это было?
— С восемнадцати до девятнадцати.
— На этой… олимпиаде… По физике…
— Олимпиаде? — усмехнулся следователь. — Вечером? Поумнее ничего не мог придумать?
— Да нет, — Стас заторопился, — честное слово! Это сборы перед областью! В Институте физики! Вы проверьте, там вход по пропускам! И камеры везде! И охранники! И все наши олимпиадники с преподами! Я в десятом часу только вышел, вы проверьте!
— Проверю, — кивнул Леонид Борисович, — напиши мне телефоны преподавателей.
Пока Стас писал (ручка, как назло, царапала бумагу, не оставляя следов), Ксю находилась в странном состоянии. Как будто ее вывернули наизнанку, промыли едким химикатом и завернули назад.
— Я могу идти? — робко спросил Стас. — Меня ждут.
— Это точно, — согласился Леонид Борисович. — Товарищ капитан, проводите!
У дверей стоял кругленький и печальный наркополицейский.
— Пошли, Стас, — сказал он. — Проверим тебя… на всякий случай…
Ксю шла за следователем, как зомби, но у машины остановилась.
— А почему вы мне разрешили присутствовать? — спросила она Орловского.
